— Как дела? — я начал привычный допрос, — что с последними сделками?

— Все отлично. Мы дожали Семеныча, так что контракт на поставки теперь наш. Кстати, через четыре дня приезжают партнеры из Германии: Ганс с сыном. Хотят обсудить новые закупки.

— Отлично.

— Да. У нас все готово, но неплохо бы тебе самому явиться на встречу.

— Даже не подумаю, сами разберётесь, — беспечно отмахнулся и полез в сумку.

— Это очень важно, — он попытался сказать это как модно убедительнее и строже.

Я привычно ухмыльнулся. В каждый приезд Гриша пытался заставить меня вернуться обратно на родину, мотивируя тем, что это очень важно. И каждый раз получал отказ. Потом ворчал. Потом все делал, отлично справляясь с поставленной задачей. Похоже, я знаю, кого поставлю главным в новый филиал.

О возвращении думать не хотелось. Я пока не готов. Мне и тут было хорошо. Особенно в последние дни, когда под боком завелась забавная блондинка.

— Как сам? — Гриша перешел от доклада к вопросам. — не заколебался еще в этой глуши?

— Не-е-ет, — я только рукой махнул. Как тут можно заколебаться? Это же просто Рай на земле.

— Жив, здоров?

— Более чем.

— Телефон по-прежнему не нужен?

— Нет.

— А планшет?

— Тем более.

— Жаль, а то я привез из с собой, на всякий случай. Вдруг тебе бы захотелось вернуться к благам цивилизации, вспомнить о том, что ты руководитель, с двумя высшими образованиями и неплохим воспитанием.

— Пока не имею ни малейшего желания. Увози обратно.

— Я так и знал, — Гриша сокрушенно покачал головой. – мне снова придется врать сотрудникам, что ты в затяжной командировке.

— Ври, ври. Меньше знают — крепче спят. Ты вообще надолго приехал? Обедать будешь?

— Не терпится накормить меня своим жутким варевом? — он с подозрением покосился на печь.

— Конечно. Зря что ли мухоморы собирал?

Мы так долго были знакомы с Гришей, что давно уже наши отношения вышли за рамки начальник-подчиненный. Он был не просто моим помощником, а другом. Очень преданным и терпеливым.

— Пожалуй воздержусь. У меня планы на сегодняшний вечер, так что я сразу поеду обратно, — он развел руками, как бы извиняясь, но сожаления в глазах не было совершенно. Пробовать варево из мухоморов он определенно не хотел. Ну и зря. В этом захолустье я научился сносно готовить, даже имея под рукой три палки и два корешка.

— Может молочка?

Его аж передернуло. Козье молоко он на дух не переносил, а я как-то умудрился его обманом напоить. Бедного потом мутило и крутило. Григорий до сих пор не мог мне простить это вероломное предательство.

— Как знаешь.

— Что у тебя тут нового?

— Ничего, — привычно произнес и тут же осекся. Он же про Юльку ничего не знал! А мне самому казалось, что она здесь была всю жизнь, рядом со мной.