Диалог у нас явно не заладился, ну так и хрен с ним. Сейчас мне гораздо интереснее было узнать, что скажет Антонина. Уж Света умеет разговорить людей. Самое главное — не дать ее супругу помешать в этом. Уж больно она забитой выглядит. Куда только местный участковый смотрит. Даже если заяв нет, такую семейку профилактировать надо. Пока Юрченко здесь бурчит, Антонина чувствует угрозу. Надо как-то разрядить обстановочку.

В моей голове созрел план, как изолировать дебошира.

— Уймись, Леня, — уже миролюбивей проговорил я. — Мы же помочь хотим, а ты ерепенишься.

— Знаю я вашу помощь, — капнул ядом тот, скребя ногтями по корявому носу в красную прожилку. — Сколько лет прошло, а Вадьку не нашли. Что толку от вашей помощи?

— А как же мы его найдем, если ты нам не рад и ничего не говоришь? Давай, лучше-ка подлечись маленько. Может, вспомнишь чего…

Я взял бутылку и откупорил ее. Плеснул водки в замызганный граненый стакан с присохшими на дне чаинками примерно до трети объема.

— Один не пью, — насупился Леня. — Жену подожду.

— Давай тогда со мной, — предложил я и взял с полки стакан почище.

Брезгливо поморщился, дунул в него и вздохнул.

— Я думал, менты на службе не употребляют, — вскинул на меня мохнатые брови хозяин.

— А что мы, не люди, что ли? — я налил себе раза в два поменьше, поднял стакан и потянул руку для чоканья.

От такого жеста Леня, естественно, не удержался. Взял свою тару. Дзинь. Стаканы соприкоснулись и жалобно звякнули.

— Никогда не пил с ментом, — выдохнул Леня и умело заглотил жидкость.

Я в это время незаметным жестом выплеснул содержимое стакана под стол. Водка исчезла в частоколе пустых бутылок и грязи.

Тут же поднес пустой стакан к губам, сделал вид, что пью. Покряхтел, поморщился.

— Хреновая водка, — выдохнул я, занюхивая рукавом.

— Сам ты хреновый, — будто обиделся Леня.

— Ну, давай еще, — кивнул я. — Может, не распробовал.

Разлил. Дзинь. Трюк с выплеском под стол повторил вновь. А вот Юрченко уже засандалил полстакана зараз (я специально больше ему налил). Взгляд у него поплыл. Пока все по плану.

— Пошли покурим, — предложил я, глядя как расправляются морщины на массивном лбу неохотного собеседника.

— А сигареты-то хоть есть? Чем дымить-то будем?

— Найдем, — кивнул я, хотя последних у меня и в помине не было.

— Давай здесь посмолим, — махнул рукой хозяин и подвинул на середину стола консервную банку из-под кильки, которая напоминала обожжёного ежика, только вместо иголок во все стороны топорщились пожелтевшие бычки.

— В доме не курю. Ни в своем, ни в чужом, — отрезал я и встал, направившись к выходу, при этом громко проговорил. — Светлана Валерьевна, мы выйдем подышим.

Юрченко обеспокоенно глянул на комнату, откуда доносились приглушенные женские голоса.

— Ты идешь? — махнул я ему.