Прогноз после операции возможно будет сделать.

— Не хватало, чтобы он коньки откинул, — даже через трубку я увидел, как Горохов морщится. — У меня столько к нему вопросов.

— Будем надеяться, что выживет. Он даже в себя приходил. Но сами знаете врачей, они всегда опасаются говорить что-то конкретное в подобных случаях. Как у вас там? Что нового?

— Этих троих задержанных пока не разговорили. Молчат, как партизаны. По другим адресам уже проехали местные оперативники, доставили в отдел всех, кто посещал секцию, только одного не нашли.

— Кого?"

"— Тезку твоего, Андрея Пичугина.

Родители сказали, что он дома не ночевал.

— Плохо… — я задумался.

Неужели он был в той «восьмерке»? Мне казалось, его еще будут некоторое время «мариновать», не пуская на дело. В резерве, так сказать.

— Найдем, — хмыкнул следователь. — Живого или мертвого, так сказать…

Настроен мой начальник был решительно.

— Дюша неплохой парень, — заступился я за своего спарринг-партнера, — просто связался не с той компанией.

— Если виноват, пойдет со всеми по полной строгости закона, — заявил Горохов. — У нас характеристика положительная только как смягчающее засчитывается, сам понимаешь, Андрей Григорьевич, закон для всех един.

«Пока это так», — кивнул я про себя. Уже не за горами распад Союза, после чего коррупция захлестнет страну, и закон будет на стороне тех, кто больше заплатил.

— Я попробую его найти, не думаю, что он будет скрываться от милиции.

— Хорошо, Андрей Григорьевич, держи меня в курсе. Поспать сегодня уже не получится, если что, я на рабочем месте. Но ты бы лучше больничку не покидал. Пока тут бардак творится. Такое громкое ограбление.

Подняли весь личный состав уголовного розыска, сменить тебя пока некем. Жмых и Погодин тоже по дзюдоистам работают. Беседы с ними ведут, хотя пока без толку. Молчат, упёртые гады.

— Я никуда отлучаться не буду, — заверил я. — По телефону попробую его найти.

— Добро.

Горохов положил трубку, а я набрал номер телефона квартиры Дюши.

— Алло, — на том конце провода раздался немолодой голос подавленной женщины, наверное, мать.

— Здравствуйте, а Андрея можно?

— Нет его, — ответила женщина. — Вы же уже приходили ночью.

— Кто приходил? — напустил я удивление на свой голос.

— Как — кто? Вы разве не из милиции?

— Нет, я его товарищ, меня тоже Андрей зовут. Мы вместе на секцию ходим, может, он вам рассказывал. Тут какая-то чертовщина творится. Всех наших спортсменов задержали. За мной приходили, но я спрятался. Вот, хотел Дюшу по-дружески предупредить, чтобы не высовывался.

Я вешал лапшу, частил в тревожном темпе, а сердцем чуял, что меня слушает не только мать. Так и оказалось.

— Андрюха! — раздался уже знакомый голос, это был Дюша.