Твою мать! Как это мне знакомо, когда каждый пытается переложить ответственность на других. Общее дело делаем, а некоторые переработать боятся. Ладно. Сейчас Горохову сообщу, чтобы шороху навел. А пока в больничку, все-таки с тренером поеду. Присмотрю за ним, по крайней мере, сегодня. Неизвестно, кто там в «восьмерке» прятался. Может его вызволять припрутся. Кстати, где мой пистолет? Только я об этом подумал, как ко мне подошел Жмых.

— Держи, Андрюха! — он гордо протянул мне мой «Макарыч». — Под машиной валялся. Ты пока за этим бугаем бегал, его уже чуть не изъяли.

— Рапорт за себя и за меня накатай, как все было, — кивнул я, убирая пистолет в кобуру и потирая сбитый кулак.

— А ты куда? — удивился Вася.

— Надо за тренером присмотреть. Взяли-то мы только четверых. Но секцию посещают десять. Их пока сюда не привяжешь.

— Посмотрим, как запоют их подельники. Расколем, ядрён пистон, — уверенно заявил Василий.

— Хрен его знает, как все тут завязано, Вася. Дело не по нашей подследственности. Горохов пока не связал борцов с убийствами, так что материалы по ограблению уйдут в местный отдел.

Я вот за тренера переживаю. Как бы он не исчез. Чую, он как-то связан с маньяком. Возможно, он и есть этот самый маньяк.

— Рапорт-то я напишу, — закивал тогда Жмых. — А расписываться за тебя не умею.

— Федю попроси, мы с ним давно работаем.

Глава 16

Воеводина отправили на экстренную операцию. Я остался дежурить в коридоре хирургии. Нацепил накидку, истерзанные временем шлепки из дерматина, сшитые суровой ниткой, и ходил взад-вперед, поглядывая в окно на утренние сумерки.

На душе неспокойно. Не всех мы взяли, возможно, подельники придут освобождать своего главаря.

В том, что тренер был главным среди них, я не сомневался. Хотя обычно главарь не участвует непосредственно в вылазках, а тут он даже за рулем был. И все-таки представить главарём кого-то другого не получалось.

Если у них такое «волчье» братство, то хрен знает, что ждать от такого клана. Может, у них в уставе «кровью» прописано вытаскивать друг друга из любых передряг? Это не простые урки, которые пекутся каждый за свою шкуру. Сообщество дзюдоистов — нечто новое, возможно, прародитель организованной преступности.

На тренировках я видел их сплоченность, секта, да и только. На корню надо их рубить, пока девяностые не настали.

Все-таки у меня было преимущество, которого у них не будет никогда.

Я подошел к посту дежурной медсестры, взял телефонную трубку и набрал номер кабинета Горохова. Несмотря на ночь (или, скорее, раннее утро), он оказался на месте. Уже в курсе был нашей удачной засады.

— Как Воеводин? — первым делом спросил следователь.

— Врачи говорят, состояние пока неопределённое.