— О каком дяде и о каком наследстве вы говорили, мадемуазель? — я повторила свой вопрос, подойдя к ней вплотную. — И не вздумайте говорить неправду!

Она вздрогнула и снова посмотрела на меня с неприкрытой неприязнью. И поскольку она молчала, я решила немного ее подстегнуть.

— Впрочем, вы можете вообще ничего не говорить, — усмехнулась я, намекая на то, что я всё равно прочту ее мысли.

Она, как я и ожидала, сразу напряглась. Она же не знала, что я блефовала. На самом деле, единственной мыслью, которую я смогла прочесть, была та самая, первая. И что бы ни думали она или герцог Марлоу после того, это уже было для меня тайной.

Наверно, моих способностей пока хватало только на маленький подвиг. Возможно, для этого требовался какой-то запас магической энергии, а ее у меня было слишком мало.

Конечно, она могла вовсе отказаться со мной разговаривать и удалиться к себе в комнату — наверняка через стены прочитать ее мысли не смог бы даже самый искусный маг. Но она была слишком взволнована и не додумалась до такого варианта.

— А я и не собиралась ничего скрывать! — запальчиво воскликнула она.

— Эта тайна всё равно всем скоро станет известна! И хотя, когда вы станете богатой и очень знатной дамой, все будут говорить комплименты вам в лицо, знайте, что за вашей спиной вас будут обсуждать и осуждать! Вас будут презирать!

— Презирать? — переспросила я. — За что же?

Я всё еще ничего не понимала. С какой стати таинственный дядюшка, о существовании которого я даже не подозревала, оставит мне наследство? И почему это вызывает такое негодование у нее самой?

— За то, что вы незаконнорожденная!

Она выпалила это почти торжествующе и теперь смотрела на меня, надменно скривив тонкие губы.

— Незаконнорожденная? — я посмотрела на нее с удивлением. — Что вы такое говорите? Я дочь Констанции и Гюстава Бриан. Мой отец — барон Бриан, и у меня есть документ, свидетельствующий об этом.

Она некоторое время молчала, а потом рассмеялась:"

"— О, так значит, ваша матушка ничего вам не рассказала? Впрочем, это можно понять. Должно быть, ей было неловко говорить об этом. Ну, что же, тогда об этом вам расскажу я! На самом деле вы вовсе не дочь барона Бриана.

Ваш настоящий отец — герцог Руар, мой дядя!

Должно быть, она ожидала, что эта новость повергнет меня в шок. Наверно, так бы оно и случилось, если бы я была знакома с бароном Брианом и с детства именно его считала своим отцом. Но на самом деле ни барон, ни герцог ничего не значили для меня. Меня воспитывал совсем другой человек, и именно он был моим отцом, пусть и не по крови.

— С чего вы это взяли, мадемуазель? — холодно откликнулась я. — Уверена, что всё это не более, чем глупые домыслы.