— Ах, вот как? Значит, ты предпочитаешь, чтобы я оставил тебя умирать в одиночестве? Что ж, твоё желание — закон. Раз уж моя помощь тебе не нужна, можешь сама искать выход. И сапфир оставь, он всё равно не поможет.

Кайрос отворачивается от меня, опираясь на стену. Я стою, как громом поражённая.

Он… он действительно меня бросит?

Ярость уступает место холодному, липкому страху. Согласна, что наговорила ему гадостей, но я не думала, что Кайрос так легко сдастся.

Ладно, признаю, я… ну… дура. Вот! Вспыхнула. Наговорила всякого. А должна была чисто по-человечески сказать «спасибо». А Кайрос еще и ранен, блин… Неловко вышло.

Глядя на его напряжённую спину, понимаю, что оставаться здесь — безумие. Идти с ним — ещё большее безумие. Поэтому я делаю несколько шагов в темноту, в сторону, противоположную той, куда ушёл Кайрос.

— Удачи, Ваше Величество, — бурчу себе под нос.

А когда я делаю третий шаг, земля под ногой исчезает. Я не успеваю даже вскрикнуть — оступаюсь и проваливаюсь в пустоту туннеля, уходящего куда-то вниз крутой тропинкой, усыпанной мелкими камнями. Единственное, что остаётся неизменным, это камень в моей руке, сжатый в мертвой хватке.

Сердце замирает. В свете сапфира, я успеваю увидеть только край обрыва, к которому приближаюсь, не в силах затормозить. А дальше — бездонная пропасть, от которой в лёгких почти не остаётся воздуха.

Ну всё. Теперь мне точно крышка.

Внезапно сильная рука хватает меня за локоть в самый последний момент перед падением. Это прикосновение обжигает, несмотря на холодный воздух, гуляющий по шахтам.

Кайрос .

Этот мужчина вновь приходит мне на помощь.

Он дёргает меня вверх, притягивая к себе. Я с размаху врезаюсь в его грудь, задыхаясь. Его рука по-прежнему крепко сжимает локоть, а другая обхватывает меня за талию, не давая снова упасть.

— И куда это ты собралась? — произносит так грозно, а с другой стороны, властно, что у меня по спине пробегают мурашки. — Думаешь, я позволю тебе уйти одной, чтобы тебя нашли мёртвой где-нибудь на дне шахты? Мой гнев не сравнится с яростью совета, если я не смогу объяснить, что случилось с королевой. Ты принадлежишь мне. Пока что. И я несу за тебя ответственность.

Его слова — приказ, а взгляд — вызов. Между нами повисает такое напряжение, что, кажется, искры летят в темноте.

Видя, что я не в себе от пережитого ужаса, Кайрос притягивает меня ближе, в нос ударяет аромат, исходящий от него. Знакомый. Напоминающий о том, о чем следовало бы забыть.

Однако…

— И уж поверь… — внезапно шепчет Кайрос, склонясь ко мне. Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего. Сглатываю. Удар сердца о ребра. Как дефибратором. Жестко. И в то же время, ярко, аж звезды в глазах искрятся. Мужское дыхание обжигает кожу шеи, заставляя хлопать ресницами.