Он кажется спокойным и невозмутимым, и только плещущийся на дне глаз праведный гнев выдает истинные его чувства.

Я киваю и облизываю пересохшие губы.

— Ты поэтому работала неофициально? Боялась, что так тебя точно найдут? — он попадает в самую точку, впрочем, сложить два и два в этой истории не составляет большого труда.

— Да… прости меня, пожалуйста, я не хотела подвергать вас опасности… тебя, твою семью.

Чувствую, как к горлу подкатывает огромный ком, а на глаза наворачиваются слезы. Я прячу лицо в ладонях, стараясь приглушить рвущиеся из груди всхлипы.

Со стороны раздается скрип, следом за ним шаги и уже спустя мгновение я чувствую как теплые ладони обхватывают мои запястья. Марк отводит мои руки в стороны, отпускает их и пальцами проводит по моим щекам, стирает с них влажные дорожки слез.

— Тшшш, посмотри на меня… — его голос звучит мягко и успокаивающе, — никто тебя больше не обидит, никто и пальцем тронуть не посмеет, да даже в сторону твою не взглянет.

— Я…

­— Не надо плакать, Есь.

— Я не хочу, чтобы тебе навредили, не хочу…

— Со мной ничего не будет, малыш, я же говорил, тебе стоит научиться мне верить, Мышка, и твоя жизнь станет значительно проще, — он улыбается, подается вперед и оставляет короткий поцелуй на моих губах, — посиди здесь, хорошо?

Он встает, отходит от меня на два шага и достает из кармана телефон.

Разворачивается, собираясь покинуть кабинет, а мне становится действительно страшно.

— Ты куда? — вырывается у меня против воли, и только после сказанного я понимаю, что сболтнула лишнего.

— Я сейчас вернусь, Есь, просто посиди, ладно?

Я ничего не отвечаю, а Марк выходит из кабинета, попутно набирает чей-то номер и плотно закрывает за собой дверь.

Мой первый порыв — рвануть за ним, прижаться к деревянной поверхности и подслушать разговор. Любопытство распирает изнутри, но я давлю в себе это нелепое желание.

Через дверь слышу голос Марка, но слов разобрать не могу. Слишком тихо.

Разговор Марка по телефону длится не меньше пяти минут, все это время я нервно ерзаю на стуле и то и дело бросаю взгляд на висящие на стене, большие часы. Минуты кажется вечностью, стрелки будто совсем не двигаются, а нарастающее во мне напряжение готовится разорвать меня на части.

Я прокручиваю в мыслях все сказанное Марком, его непонятные мне уверенность и абсолютное спокойствие, будто он в самом деле точно знает, что никакая опасность ему не грозит, словно ему совершенно все равно.

Когда мое терпение подходит к концу, а нервы натягиваются, словно струна, Марк возвращается в кабинет. Останавливается у порога, смотрит на меня и произносит:

— Подождем гостей, да?

Глава 35

— Гостей? — я недоуменно смотрю на Марка.