Не успела она после сына оклематься, как уже настрoгали с мужем второго. И теперь живот, токсикоз, да еще годовалый парень на руках.

– Да, Юляш.

– Как жизнь?

– Все хорошо. У тебя как?

– Вообще супер. Пол утра ревела, потом ела кошачий корм, а потом обнималась с унитазом и снова ревела, думая об амурских тиграх. В общем, беременная жизнь прекрасна, - с иронией произносит она.

Мне смешно, несмотря на то, что понимаю как ей тяжело.

– Я к тебе с вопросом. Ты говорила вещи у тебя от Олеси оставались?

– Да, - бодро киваю, - целая гора. Нужно?

– Нужно. Сегодня на УЗИ ходили – девчонка будет. Так что твое добро очень бы пригодилось.

– Без проблем. Мы завтра выезжаем домой. Как вернусь – соберу тебе пакеты, приедете, заберете.

– Спасибо, дорогая моя. Жду.

Прощаемся с ней.

Обернувшись, еле сдерживаю крик. Прямо за спиной стоит Зорин и смотрит на меня с недовольным прищуром.

– Ты меня напугал! – ворчу, пытаясь пройти мимо него.

Он не дает, делая шаг в сторону и преграждая дорогу.

– Ты все-таки собралась уезжать? - мрачно спрашивает Артем, глядя на меня сверху вниз.

На миг теряюсь. Я ведь ему так и не сказала, что решила вернуться в этот город, а он и не спрашивал.

– Тём...

– Собралась? - в голосе ледяная сталь.

– Ну, в общем-то, да.

Зорин шумно выдыхает, запроқинув голову вверх.

– Мы... – начинаю, но он не дает продолжить.

– Кристина. Блин! Я честно пытался быть белым и пушистым. Держался изо всех сил. Даже не заикался про ваш отъезд, надеясь, что передумаешь, - вижу, что сердится не по-детски, – но раз этого не произошло, то повторяю еще раз. Ты. Никуда. Не поедешь. Εсли надо, привяжу к батарее и буду держать взаперти.

– Зорин. Это уже ни в какие ворота не лезет! – сердито тыкаю в него пальцем, хотя внутри шевелится вредный чертик.

– Ничего не знаю! – он непреклонен, – Уехать я вам не дам!

– Не, Тём, так дело не пойдет. У нас билеты куплены, я на следующую среду записалась на маникюр, – не могу остановиться, глумлюсь. Вредная я баба, как ни крути.

– Тин. Ты воoбще сейчас о чем думаешь? Какой маникюр? - взрывается он.

– Французский, – легонько хлопаю его по плечу и прохожу мимо.

Ловит меня за локоть и с силой дергает на себя так, что утыкаюсь носом в грудь.

– Кристина. Я серьезно. Заканчивай со своими фокусами. Вы с Олесей никуда не поедете!

– Кто сказал?

– Да я это сказал! – в глазах молнии полыхают, а мне весело.

Вот спрашивается, чего мужика довожу до белого каления? Сама не знаю, но мне это нравится. Мне всегда нравилось его провоцировать. Оттаиваю, наверное, если потихоньку прежние привычки возвращаются.

– Это, конечно, важный аргумент, - иронично тяну, задумчиво потирая бровь.

Зорин замолкает и подозрительно смотрит на меня. А я стою, поджав губы, чтобы не улыбнуться.