– Что?

– Ты уверен, что тебе это надо? Мы и сами прекрасно бы справились.

– Такое чувство, что ты меня отгoвариваешь, потому что тебе есть что скрывать, - хмыкает мой бывший муж.

– А тo!

– И что же это?

– Семь роскошных мулатов, которые скрашивали мое одиночество. Хотела с ними нормально попрощаться, а ты мне все карты путаешь, - усмехаюсь, глядя, как ревниво полыхнули зеленые глазищи.

– Точно задушу!

Занявшись сборами, совершенно забываю сказать Маше, что Артем собирается ехать с нами. Поэтому она чуть ли не в обморок падает, когда появляемся вместе с ним на перрoне. У него сумки, у меня Олеська на руках.

– Привет, – растерянно произносит Маша, заливаясь краcкой.

– Привет представительнице клана партизанок, – подкалывает ее Артем,и Манька краснеет ещё сильнее.

Толкаю его локтем в бок, на что он лишь самодовольно улыбается. Ну, ни капли стыда у человека!

Заходим в поезд. Мы с Машей в седьмом вагоне, а Зорину достался билет в десятом. Не представляю, как поедем. Наверное, придется бегать друг к другу в гости.

Пока мы с подругой устраиваемся на своих местах, Темка идет к себе, оставив нас наедине. Вагон битком. Куча детей, каких-то непонятных мужиков,толпа бабуль, которые с первых же секунд извлекли из сумок вареные яйца и огурцы. Блин, я без этого запаха уже просто не представляю поездку в поезде. Прямо в подкорке сидит.

– Могла бы предупредить, что он с нами поедет, – ворчит Машуня.

– Прости, забыла. Вчера так внезапно все закрутилось, что даже в голову не пришло позвонить.

– Вот тебе никогда в голову ничего не приходит, а я потом краснею, – пыхтит она, запихивая сумку под сиденье.

– Прости, - ещё раз повторяю, подлизываясь к ней.

– Насколько я поняла, вы снова вместе? – напряженно спрашивает подруга.

– Вроде того.

– Вроде? Не уверена?

– Уверена. Но работы нам предстоит очень много, - признаюсь с печальным вздохом.

– Ничего, справитесь. Вместе наломали дров, вместе и разгребать будете. Олėся как к нему?

– Пока никак, - жму плечами, - он ей не нравится.

– Правильно, Олесь, – с улыбкой целует крестницу в макушку, – на твоего папку всегда девицы вешались. Вот теперь пусть за тобой побегает, попыхтит. Вы теперь его вдвоем с мамкой в тонусе держать будете, чтобы не расслаблялся.

Зорин возвращается через полчаса. Он там поесть, что ли, уже успел? Поспать? В телефон поиграть? Газету почитать?

– Разложились? - интересуется у нас с Машей.

– Да, – ворчу в ответ.

– Молодцы, а теперь собирайтесь.

– Зачем? - спрашиваем хором.

– Переезжаете в другой вагон, - он сама невозмутимость.

– А если мы не хoтим? - спрашиваю больше из вредности.

– Тогда мне придется вас по одной переносить, - жмет плечами и в глазах смешинки зажигаются, - и запирать в купе.

Переглядываемся с Семеновой и начинаем торопливо собираться.