Они свои, родные.

Смотрит на меня, не выпуская сушку изо рта.

– Пойдем к ним.

Олеся не сопротивляется и, смирившись со своей участью, спокойно сидит на руках, пока несу ее обратно.

Ну, что я могу сказать... Папаня ей понравился еще меньше, чем Зорин при первой встрече. Мне даже показалось, что она сама, отодвигаясь от Антина старшего, непроизвольно отступала в сторону Артема, как бы показывая, что Зеленоглазому доверяет больше, чем новому персонажу.

Темка, хоть и держал невозмутимое лицо, но по блеску глаз было видно, что несказанно доволен.

И я довольна была, оттого что она потихоньку привыкает, подпускает его с каждым днем все ближе.

Οтец тоже пробыл до cамого вечера. Не припомню, чтобы когда-нибудь он задерживался у меня на столь продолжительное время. Неужели на старости лет пробрало и, увидев внучку, растаял? Хотя, чем черт не шутит. У нас с ним не срослось,так может хоть с внучкой хорошие отношения будут. Бытует же мнение, что бабушки-дедушки больше внуков любят, чем собственных детей? Может, это как раз наш случай? А вдруг?

Когда он уходит, Зорин впервые остается, чтoбы помочь мне ее уложить.

Пока я ее купаю, он наблюдает за нами, прислонившись спиной к стене. Я прямо каждой клеточкой чувствую, как ему хочется самому ее потискать, но он держится.

Молодец. Вcе правильно. Медленно, но верно делает так, что ребенок начинает ему доверять.

Не знаю, что на меня в тот момент находит, но я, неожиданно для самой себя, предлагаю ему остаться. Артем удивленно смотрит, вопросительно подняв брови, отчего моментально смущаюсь,и начинаю что-то блеять по поводу того, что уже поздно, что за окном опять снег стеной. Несу невесть что, с каждым мигом все больше краснея. Блин, кто меня за язык тянул?

– Я бы хотел остаться, - произносит без намека на улыбку, – если ты не против. Могу спать на диване.

Киваю, отводя глаза в сторону. Только тут окончательно понимаю, что сама предложила ему остаться на ночь и как это двусмысленно звучит. Мысли моментально разворачиваются совсем в ненужную сторону. И как я не пытаюсь от них избавиться – ничего не выходит.

Уложив Олеську, выхожу к нему, потому что спать еще рано,и мы некоторое время просто смотрим телевизор, вяло переговариваясь то об одном, то о другом. Артем абсолютно спокоен,и нет ни намека на то, что он думает в том же направлении, что и я. Ни взгляда, ни полвзгляда. Сама сдержанность. Даже обидно становится.

Часов в десять чувствую, что глаза начинают слипаться, поэтому желаю ему спокойной ночи и иду спать.

Утро вечера мудренее. Правду ведь говорят?

Проходит, наверное, часа полтора-два, а я все так же вожусь в постели, не в силах заставить себя закрыть глаза и заснуть. Все мысли только о том, что в соседней комнате спит Артем. Он рядом. Так близко.