— Почему?

— Я должна… — Она пока что не могла мыслить ясно. Ее разум был как в тумане, она заикалась.

Она едва не закричала, когда он сунул внутрь палец. На этот раз он погрузился, как камень в воду, гладко и без препятствий, и ее стенки сомкнулись вокруг, словно приветствуя Адама и желая удержать его внутри.

— Боже. — Он снова лизнул ее слишком чувствительный клитор. Наверное, слишком.

— Ты… — Он согнул палец внутри, прижавшись к самой сердцевине, и наслаждение хлынуло в нее, выплескиваясь через край. — …Такая маленькая, тугая и теплая."

"Жар снова затопил ее, вышиб воздух из легких, оставив ее лежать с открытым ртом. Под веками вспыхнули яркие пятна. Он простонал что-то не вполне внятное и на волне ее оргазма просунул внутрь второй палец, и это ощущение наполненности сломило ее. Ее тело расцвело во что-то, больше ей не принадлежавшее, созданное из ярких, высоких вершин и тучных долин. Оливия почувствовала себя тяжелой и бескостной. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем она смогла поднять ладонь к его лбу и легонько оттолкнуть, чтобы заставить остановиться. Адам бросил на нее угрюмый взгляд, но подчинился, и она потянула его вверх, потому что казалось, будто он мог в любой момент начать заново, и потому что ей хотелось почувствовать его рядом с собой. Может быть, он подумал о том же. Он приподнялся над ней, опираясь всем весом на предплечье, его грудь прижалась к ее груди, большое бедро плотно опустилось у нее между ног. На ней все еще были ее дурацкие гольфы, и, боже, Адам, наверное, думал, что она самая стремная партнерша из всех, кого он…

— Можно я в тебя войду?

Он сказал это, а потом поцеловал ее, не задумываясь о том, где были его губы всего несколько минут назад. Оливия невольно подумала, что это должно ее оттолкнуть, но она все еще дрожала от удовольствия, сжимаясь при воспоминании о том, что он только что сделал. Она не могла заставить себя думать об этом, и было приятно целовать его вот так. Так хорошо.

— М-м-м. — Ее ладони обхватили его лицо, она принялась поглаживать его красные, горячие скулы большими пальцами. — Что?

— Можно войти в тебя? — Он взасос поцеловал ее в шею. — Пожалуйста?

Адам выдохнул это у ее уха… не то чтобы она могла отказать. Или хотела отказать. Она кивнула в знак согласия и потянулась к его члену, но он опередил ее и спустил штаны, сжав его в кулаке. Он был большим. Больше, чем она ожидала, больше, чем она считала в принципе возможным. Она чувствовала, как его сердце колотится у ее груди, когда он приблизился к ней и прижал головку к ее входу и…

Теперь Оливия была расслаблена. Податлива. И все же ее влагалище по-прежнему было слишком узким.

— Ой.

Было не то чтобы больно, но еще чуть-чуть, и стало бы чересчур.