14

Вернувшись из палаты страждущего Оскола, Сторчак уже собирался звонить младшему Холику и требовать неотложной встречи, однако его оторвал внезапный звонок из Болгарии.

– У нас минорные обстоятельства, – знакомо и виновато затянул Симаченко. – То есть мажорные, прошу прощения. Позавчера при неясных обстоятельствах пропала Княгиня. Еще днем, но ближе к вечеру. Последний раз видел лично, в кактусах.

– Где? – не сразу сообразил Смотрящий.

– Здесь, в дендрарии, кактусы растут, – как-то боязливо и неуклюже объяснил тот. – На территории резиденции.

Она гуляла в кактусах и исчезла. А потом, уже в темноте того же дня, пропал Князь. В общем, я их потерял.

Сторчак потряс головой, избавляясь от послевкусия занудства агента. Сейчас эта зарубежная операция отошла на второй план, и остроту ее он не ощутил даже от вида звонка: выходить на него по телефону спецсвязи Симаченко имел право лишь в крайних, смертельно опасных случаях.

– Потерял – ищи! – прикрикнул Смотрящий.

– Так что́ мне делать? В полицию заявлять? Или самому?

– Как хочешь!

– Мне показалось, он тоже сошел с ума.

– Кто сошел с ума?

– Князь. Ну, этот… Сначала белые розы искал, попал в больницу. Короче, потом бросил документы и сбежал в неизвестном направлении. Я всю ночь искал, потом день и сейчас ищу. А в бассейне почему-то розы плавают, и никаких следов…

Кажется, и у всегда трезвого Симаченко нарушилась способность к трезвомыслию и четкому изложению.

– Встреча у него состоялась еще позавчера. Они сами приходили, камеры зафиксировали, весь разговор записан на пленку. И мне показалось, Князь догадался, что его подставили под вербовку.

Сам предложил свои услуги…

– Этого следовало ожидать. Он собирался выйти в море, на катере?

– Не вышел и пропал! Сегодня я встречался с партнерами сам, есть оригинальное предложение…

– Пришлешь шифрованным донесением по нашему каналу.

– Но я их больше не видел. То есть Князя… Он же может испортить игру! Подозреваю, его похитили. И Княгиню похитили. Я все кактусы проверил и все розарии… Мне-то что делать?

Только сейчас Сторчак подумал, что фокусы с исчезновением Корсакова и агентессы могут быть инспирированы Осколом для каких-то особых целей, о сути которых можно и не гадать.

– У тебя есть инструкции – действуй, – приказал он, избавляясь от агента, как от зубной боли. – И связь больше не занимай.

Однако этот прохиндей сейчас, в самый неподходящий момент, разбередил старую рану, и Сторчак вовсе перестал ощущать напряжение пространства, даже несколько минут в телевизор смотрел и ничего не видел."

"Дипломатичный, пронырливый хохол, еще будучи лейтенантом, сначала соблазнил тещу Сторчака.