"

"— Даг уже показал, — говорю глухо.

Кривится.

А потом начинает раздеваться.

Я же опускаю взгляд.

Бежать ведь некуда… разве что выскакивать голышом и под его присмотром натягивать на мокрое тело одежду. Глупо. И я… я вовсе не хочу выходить из этой богами данной обители. Я первая пришла!

Крупное мужское тело одним движением входит в воду рядом со мной. Инстинктивно отшатываюсь и соскальзываю с каменной ступени, на которой стою, но тут же вцепляюсь в край природной купели и приказываю себе расслабиться и не думать о том, кто плывет позади меня.

Какое-то время тишина нарушается лишь моих дыханием и размеренными всплесками.

— Почему не плаваешь? — Эгиль выныривает близко… слишком близко. Щеки опаляет жаром от этой близости, а пальцы на ногах инстинктивно поджимаются.

Но приходится поворачиваться к нему и смотреть как можно спокойнее, чтобы только не признал за мной мои же переживания.

— Не умею.

— В долинах много рек… — он не скрывает удивления.

— А на Севере их нет вовсе, — отвечаю быстро.

— Я много… где бывал.

— А я редко выбиралась из крепости и окрестностей.

Изнутри царапает какое-то чувство. Опять не мое.

Отголосок странного удовлетворения.

— Тебя прятали?

Теперь уже я удивляюсь.

— Вовсе нет. Но я дочь короля, а не воин или странница…

— Ты — колдунья.

И звучит это как-то… нет, не зло. Непонятно.

И его удовлетворение внутри меня сменяется другим. Чем-то вязким и сладким, сбивающим воздух между нами в густой туман. Меня раздирает от всех этих моих и не моих чувств. От непонимания, откуда они берутся — без моей воли, без прикосновений к источнику. Что это вообще значит? И могу ли я от этого спрятаться?

Или я не имею права бежать от этого дара — наказания, потому что именно так со мной и поквитались, что не к тому я применила собственное колдовство?

Говорят, боги расплакались от жалости, увидев первый раз людей. И эти слезы попали на человеческие тела и напитали их дополнительной силой, помогающей выжить в непростом мире.

Колдуны, целители, последователи появились именно тогда. Их боги — покровители были не только великими творцами, но и главными обманщиками, и приносили при помощи своих сил не больше добра, чем зла.

Колдунов почитали, но опасались — как тех, кто знает слишком много и кто может очень много. Даже уважение было основано на этом — опасно не уважать божественные силы. Но им никогда не доверяли. Восхищались, боялись, просили о помощи, помогали сами или гнали прочь, а то и уничтожали — по-разному относились. Но не доверяли до конца, также, как не доверяли богам — игры и тех, и других в понимании простых людей были слишком изощренными.

Я не могла сказать, что ощущала в себе божественные силы.