И тут же окончательно стихают все звуки — кроме звуков моего сердца. И колдовство, совсем иное колдовство заставляет кровь разогнаться, а меня — стать частью своего мужа. И присвоить его полностью…

Мы еще долго не спим, как и наш настоящий дом. Погруженные друг в друга и видения собственного будущего.

И над крепостью всю ночь тонко вьется слово…

Быть может через годы, быть может через дни,

С тобой мы будем вместе, и будем мы одни.

И сердце сердцу скажет, что в смене дней и лет,

Есть вечный, негасимый, неуловимый свет.

Он был у нас во взорах, названья нет ему,

Он будет снова — знаю, не зная, почему.

Но мы, переменившись во внешностях своих,

Друг другу молча скажем, глазами, яркий стих.

Мы скажем: Вот, мы вместе. Где жизнь? Где мир? Где плен?

Мы — жизнь, и в переменах для сердца нет измен.

Еще, еще мы скажем, но что, не знаю я,

Лишь знаю, что бессмертна любовь и жизнь моя.

Лишь знаю — побледнею, и побледнеешь ты,

И в нас обоих вспыхнут, лишь нами, все черты.

(Стихотворение Константина Бальмонта)

Конец"