И так уже налажали.

- Не бойся, они не придут, пока мы не выйдем.

- Откуда вдруг такая уверенность?

- Я попросил Вольского оставить нас одних. Ну а тут Тамара сама его раньше времени увела. Так что не трусь, Алька.

Сафронов стаскивает с меня простыню, кладет ее на сиденье, я привстаю с места и застываю, глядя на кислое лицо Стаса.

- Трусы?! Мать твою за ногу, кто ходит в баню в трусах?!

- Я.

- Снимай давай.

- Разбежалась.

Ложусь на свою простыню, подкладываю под голову руки и жду. А еще улыбаюсь, сама не зная почему.

- Ты там живой?

- Определенно, апельсинка, - проводит рукой по моему бедру вверх, задевая резинка трусиков.

И тут до меня вдруг доходит.

- Почему апельсинка?!

- Да у тебя ножки чуток целлюлитные стали.

Сволочь! На больную мозоль, можно сказать, наступает. Как только узрел при таком свете?! Глубокий вдох и выдох.

- Ну главное, что мне мои бедра нравятся.

- Ой, а мне как нравятся, - игриво шепчет Стас, стягивая с меня трусы. – Я, кстати, пошутил про целлюлит. Думал ты взбесишься и от злости не заметишь то, что я стягиваю с тебя трусишки.

- Я взбесилась. И заметила. Зачем ты мне жопу оголил?

- Чтобы бить, зачем же еще, - усмехается Стас и проводит ладонью по попе.

А потом резко замахивается ладонью по ягодице. Не могу сказать, что больно. Нет, просто неожиданно. Но больше всего удивляет то, что дальше Сафронов начинает мять мои «булки».

- Стас?

- Ммм?

- Ты веником меня собирался бить, а не пирожки из моих ягодиц лепить."

"- Точно. Отбить жопу, - в очередной раз усмехается Сафронов, начиная бить меня веником по всему телу, не забывая и про задницу.

А мне вдруг стало дико смешно. Еще несколько часов назад я рыдала в ванной от обиды и от того, что все у нас вышло… да вот так вышло.

А сейчас лежу, еле сдерживая смех от ударов Сафронова, сопровождающихся какой-нибудь фразой.

- Брысь дурные мысли, брысь! – хлесткий удар веником впервые отозвался вполне себе ощутимой болью.

- Может теперь я поиграю в госпожу?

- Нет, - тихо произносит Стас, откидывая, судя по звуку, веник в сторону. И тут происходит то, чего я уж точно не ожидала. Он меня целует. В принципе в этом нет ничего такого, ну если не брать в расчет, что целует он мою разгоряченную задницу.

- Стас, прекрати!

- Что опять не так?

- Ты целуешь мою задницу, вот что.

С меня, блин, пот стекал, она соленая.

- Сейчас точно скажу соленая ли, - мгновение и Сафронов кусает мою ягодицу.

- Ты нормальный вообще?! – вместо ответа Стас отрывается от моей попы и смакуя произносит:

- Сладко-соленая, определенно очень вкусная попа. Опережая крутящуюся в твоей голове ерунду – я не ел чужие задницы. Только твою.

- Стас?

- А? - продолжая целовать мои ягодицы, тихо шепчет Стас.

- Ты помнишь сколько нам лет?

- Да, а что опять не так?

- Тебе не кажется, что мы ведем себя как дети?

- Нет.