В округах идут сокращения. Ситуация критическая. Остается одно: взять бессрочный отпуск за свой счет и ждать…

– Месяц, год, два?

– Может, и год. Тем не менее падать духом не стоит.

– Не проще ли подать в отставку? Вопрос не застал полковника врасплох.

– Возможно, это наилучший вариант, – спокойно ответил он.

– Что же мне делать дальше?

– Искать работу.

– С моей-то специализацией? Полковник пожал плечами, мол, мне бы твои проблемы.

– Хорошие специалисты и на гражданке нужны.

– Может, в киллеры податься? Говорят, большой спрос.

На этот раз Петренко промолчал. Поняв, что наткнулся на каменную стену, Андрей резко встал:

– Разрешите идти?

– Иди. – Полковник потянулся к папке с документами, показывая, что разговор окончен.

Почувствовав, что перегнул палку, он оторвал взгляд от бумаг и уже более доверительно произнес:

– Повторяю, отчаиваться не стоит. Не исключено, что скоро что-нибудь подвернется. Ну там Югославия или Северный Кавказ…

* * *Как жить дальше, Андрей не знал. Внимательно следя за телевизионными выпусками новостей и думая о Югославии и назревающих событиях на юге, он поймал себя на том, что ему совсем не хочется отправляться на Балканы и уж тем более под чеченские пули.

Он упрямо искал оправдания готовящейся бойне и своему участию в ней, но не находил. Все аргументы «за» сводились к одному и скорее напоминали средневековый клич «Наших бьют!», нежели здравые рассуждения людей конца двадцатого века. Как обычно, громче всех кричали политики и генералы, те, кто привык рассуждать о «своих» победах и поражениях, сладко потягивая коньячок на подмосковных дачах.

Андрей знал о войне не понаслышке и потому фальшивый патриотизм воспринимал с брезгливостью. Знал он и то, что многим из тех, кто поверил генералам, суждено вернуться в цинковых гробах или калеками. А уцелевших просто-напросто кинут.

Точно так же, как кинули его. И все они останутся без денег, без работы, с комплексом неполноценности …

В отличие от многих других ему еще повезло. Он вернулся живым, получил хоть какие-то деньги. Полгода худо-бедно на эту сумму можно было протянуть. А что потом? Убивать он устал. Неужели протирать штаны в конторе или сидеть полуголодным в тайге и сторожить ржавую технику? Ничего другого в министерстве предложить не могли. И все же, как это ни обидно, не предложили даже этого…

Глава 3

В ТИХОМ ОМУТЕ

Трагически погибшего подполковника Сомова в отделе не любили. Впрочем, выражение «не любили» не совсем соответствовало истинным чувствам оперативников 136-го отделения милиции. Своего бывшего начальника они терпеть не могли.

Считали, что тот слишком задирает нос, «дружит» только с теми, кто ему заведомо полезен, а остальных использует в личных интересах, как дармовую рабочую силу.