Приятная тёплая тяжесть, отчетливый стук его сердца, расцарапанные в кровь плечи. Мне вдруг стало стыдно и отчаянно приятно за то, что решилась на этот шаг. Я осторожно коснулась места рядом с содранной кожей и шепнула:

— Прости…

— Это ты прости, — тяжело дыша, хрипло проговорил Макс и, плавно отстранившись, осторожно вышел из меня.

Стало тоскливо и одиноко, словно меня лишили чего-то ценного. Я попыталась остановить Макса, но он хрипло засмеялся и проговорил с улыбкой:

— Да-да, сейчас продолжим. Я только поменяю презерватив.

Аккуратно снял и, завязав, отбросил.

Ловким движением натянул новый.

— За что ты извиняешься? — спросила я. — Это я тебя исполосовала…

Подтянув меня к себе, Макс прошептал:

— Я очень сильно тебя хотел, же-на! Так сильно, что не смог сдержаться, поддался страсти и потерял голову… Это было слишком быстро. Мне ма-а-ало! — он окинул меня таким порочным взглядом, что сердце пропустило удар. — Сейчас, когда я утолил первый голод… — монстр судорожно облизнулся и почти угрожающе прошептал: — Я бы хотел доказывать тебе снова и снова, как сильно я тебя хочу. Любоваться тобой кончающей на моём члене, видеть, как затуманиваются твои глаза.

Кайфовать, что ты не можешь сдержать крика от переполняющего наслаждения. Готов терпеть твои коготки, укусы, что угодно! Но… готова ли ты, По-ля? Примешь меня? Колючего и яростного?

Я осторожно коснулась себя внизу, погрузила палец внутрь, и Макс, сжав пальцы на моих плечах, судорожно вдохнул. Я же поднесла руку к глазам и, не увидев крови, облегчённо выдохнула:

— Кажется, всё в порядке…

Макс вдруг схватил мою руку и медленно облизал мой палец, отчего у меня дыхание перехватило: так порочно и так возбуждающе.

Я подалась вперёд и приникла к его губам. Поцеловав, прошептала:

— Если зверю нужно моё разрешение, то да. Я согласна… Растерзай же меня, мой монстр!

Глава 61. Макс

Женщина, особенно красивая женщина, могла быть искусной любовницей, сумасшедше-красивой и безумно страстной, но ни одна, после Карины, не цепляла меня так глубоко.

Чего я ждал от этой связи с Полей? Страсти? Взаимности? Любви? Чего?

Месть в груди затаилась, стала какой-то незначительной, но чувство вины перед девушкой все равно заставляло меня сжимать челюсти и притворяться, что все замечательно.

Да, она замечательная.

Даже более чем.

А я не заслуживаю, потому что ее страх в глазах, когда ставил на колени в казино, когда заставлял ее брать в рот, когда я таранил ее пальцами на столе, измывался и глумился, думая, что отплачу тем же Дорогову, я никогда не забуду. Не смогу.

Дарить нежность несложно, видеть в ее глазах огонь — приятно, а найти силы простить себя за прошлые поступки для меня лично невозможно.