Но постепенно он становился громче, увереннее, пока не прорезал какофонию обвинений чёткой фразой:

— Он был со мной в ту ночь и в другие тоже."

"Я медленно обернулся, с трудом сдерживая изумление. Какого Харона? В центре аудитории, между рядами парт, стояла глава кружка медитативного пения. Её длинные тёмные волосы, обычно собранные в строгий пучок, сейчас свободно рассыпались по плечам. Карие глаза смотрели решительно и даже с вызовом. Она сжала маленькие кулачки и вздёрнула подбородок.

— Граф Орлов был со мной! — повторила она с нажимом, и в её голосе прозвучала сталь.

В аудитории мгновенно воцарилась тишина. Такая абсолютная, что можно было услышать, как за окном шелестят листья. Я лихорадочно копался в памяти, вспоминая её имя. Старообрядцева Ольга Викторовна, точно. Из древнего, но обедневшего рода, который когда-то славился своими магами-целителями.

Шелестов застыл с открытым ртом, его хвост замер, словно примёрз к спине. Артефакт в его руках едва заметно дрогнул. Казалось, проректор забыл, как дышать.

— Что? Что вы только что сказали? — наконец выдавил он, откашлявшись. Его обычно властный голос сейчас звучал неуверенно.

— Вы слышали, — спокойно ответила Старообрядцева

— И сколько он у вас был? — Лавр Петрович явно пытался сохранить остатки самообладания.

— Всю ночь! — заявила Ольга без тени смущения, словно обсуждала прогноз погоды.

Да что она творит? — пронеслось в голове. — Какую ночь? С чего вдруг решила меня защитить?

— Вы хотите сказать… — Шелестов снова закашлялся, его щеки залились румянцем. Было заметно, как ему неловко продолжать этот разговор.

— Да, мы с ним спали! — отчеканила Старообрядцева, чётко выделяя каждое слово.

Казалось, все присутствующие одновременно втянули воздух. Тишина стала ещё более плотной, такой что зазвенела в ушах. И в этой тишине особенно громко прозвучал судорожный всхлип.

— Ах ты! — пронзительный крик Маши разбил оцепенение. Она вскочила, опрокинув стул. В её глазах блестели слёзы, щёки пылали. — Ты… — голос дрожал от ярости и обиды. — Да у тебя нет чести! Дешёвка! Ты специально это сделала, чтобы выйти за него!

— Да и что? — Ольга равнодушно пожала плечами. В её взгляде промелькнуло что-то похожее на торжество.

Маша издала звук, похожий на рыдание.

Её лицо исказилось, словно от физической боли. Она схватила свою сумку и бросилась к выходу, расталкивая всех на пути. Дверь хлопнула так, что задрожали стёкла.

По рядам прокатился шёпот. Девушки прикрывали рты ладонями, парни переглядывались с многозначительными ухмылками. Я только сейчас полностью осознал — Старообрядцева только что спасла меня от проверки артефактом. Правда, весьма своеобразным способом. Она пожертвовала своей репутацией ради… чего? Нужно обязательно выяснить, что она задумала.