Весна сменилась горячим летом, затем пришла заботливая осень, пока не вернула крепкую зиму, с ветрами и бурями, чтобы та вновь уступила место красавице весне.

Большую часть лунного танца Арди проводил с Эргаром и его наставлениями, узнавая все больше и больше о горных пиках Алькады и путях охоты. Тело его становилось крепче и больше, кожа тверже, а взгляд острее.

Последние же семь дней луны он играл с Гутой, Шали и Скасти, узнавая от них новые чудеса и таинства лесных разливов и речных угодий. Порой их навещал Кайшас, помогая Арди побыстрее спуститься или вернуться обратно в горы.

Они часто соревновались в скорости, а порой — в зоркости и умении обнаружить добычу на расстоянии множества шагов. Юному охотнику казалось, что четырехкрылый орел тоже хочет его чему-то научить, но не подавал виду.

И вот, когда уже казалось, что жизнь вернулась в прежнюю колею предсказуемой рутины — новые приключения не заставили себя ждать.

Глава 10

Арди сладко потянулся, причмокнул губами и неохотно открыл глаза, подставляя лицо лучам горячей весны. В сравнении со снежными тропами, которые он, признаться, полюбил всем сердцем, в лесных угодьях можно было найти свои преимущества.

К примеру — здесь всегда отыщется укрытие от проливного дождя или иного ненастья. Да, грозы, порой, вызывают дикое пламя — охотник видел такое в конце прошлой весны. Оно пожрало многие и многие шаги лесных разливов и вызвало переселение стай и табунов. Но Эргар, а затем и лесные друзья, рассказали, что подобное происходит чуть ли не каждые три-четыре цикла.

Добычи здесь, в отличии от тех же гор, всегда вволю. Буквально — проснулся, потянулся, размялся и уже через полчаса ты можешь позавтракать.

А в горах — вообще не факт, что поешь в ближайший путь Духа Дня. Правда и охотников на такое изобилие тоже куда больше, чем среди камней и снегов.

Ну и тепло — в лесных угодьях даже ворчливой зимой оказывалось на порядок теплее, чем в той же Хижине.

Да и…

Додумать охотнику не дал маленький орешек, тюкнувший его по макушке.

— Проснулся уже? — радостный Скасти свесил хвост прямо на нос Арди. — Вот никак не пойму — когда стучу о дерево, звук такой короткий получается, а как о твою реповую бошку — всегда гулкий и пустой.

К чему бы это?

Арди ловко дернул лапой и поймал уже спешащего на свободу бельчонка.

— Помогите, спасите, белок жизни лишают! — заверещало создание.

Охотник только улыбнулся, отобрал у Скасти орешек и, разбив о дерево скорлупу, показательно и нарочито медленно разжевал вкусную сердцевину.

Бельчонок насупился, выскользнул из цепкой хватки и, опустившись на соседнюю ветвь, нервно захлопал лапой по стволу.

— Это, между прочим, был мой завтрак, — заявил он, уперев лапки в бока.