Развернулся и пошел.

— Э-э-э! — Я подскочила так, что чуть со стула не упала. — К-куда? А мне все рассказать? Между прочим, нельзя игнорировать своего почетного секретаря! Лорд Эйн! Шеф! Да стойте же!

И я бросилась следом, ибо любопытство лучший ускоритель на свете.

Но сделала я это совершенно напрасно, потому как за поворотом обнаружился вставший столбом от ступора мой шеф и совершенно практически обнаженная дева. Точнее как обнаженная, нечто абсолютно прозрачное и летящее, в чем я заподозрила сорванный с окна тюль, слегка заменяло ей одежду, хотя, собственно, ничего не скрывало.

Дева была светло-рыжая, с волнистыми локонами до полупопий, огромными черными глазами, подведенными алым губами и улыбкой, демонстрирующей, что деве есть еще чем удивить, хотя лично я даже представить не могу, чем.

Дева, узревшая мое начальство и проигнорировавшая свое спасение, то есть спасительницу, то есть собственно меня, шагнула, покачивая бедрами, к снежику и проворковала томным голосом:

— Лорд Эйн, мой господин, я…

— Виэль! — рявкнул шеф, беспардонно прервав распутницу.

Я лично не нашла ничего лучше, чем развернуться и попытаться дать деру.

— Виэль, стоять! — пришло в неистовство начальство. — А ну-ка идите-ка сюда, леди почетный секретарь, и соизвольте мне объяснить, что вот это вот такое?

Нет, я честно собиралась сбежать, но после его вопроса делом чести стало вернуться и гордо сообщить:

— Лорд Эйн, это женщина.

Глазки у шефа покраснели значительно сильнее, и он произнес ледяным тоном:

— Это не просто женщина, Виэль, это голая женщина.

Вот тут я с ним была категорически не согласна.

— С объективной точки зрения она одета, лорд Эйн, — сообщила начальству.

— А с субъективной — сорванный с окна тюль одеждой не является!

Надо же, шеф и в тканях разбирается.

— Но если смотреть объективно… — продолжала упорствовать я.

Все мои упорствования шеф оборвал злым:

— Если смотреть объективно, Виэль, то у меня наверху табун полуодетых женщин численностью в более чем четыреста голов!

Да, это мой косяк, но я в этом никогда не признаюсь, а потому, глядя на шефа большими честными глазами, доверительно сообщила:

— Это все ваша новая катана.

Шеф очень выразительно на меня посмотрел.

Сразу стало ясно, что не поверил. Пришлось выкручиваться:

— Я просто как взяла ее, так у меня сразу увеличительный инстинкт сработал, и я была вынуждена увеличить ваше имущество. О вас же забочусь, шеф.

Лорд Эйн хотел было что-то сказать, но психанул и пошел прочь, едва не снеся обнаженную деву, томно взирающую на снежного. К слову, томный взгляд исчез вместе с объектом томления, дева презрительно оглядела меня и заявила:

— Место любимой наложницы мое. Хочешь жить — не лезь!

Смелая какая.