Бросив на меня осуждающий взгляд, зеленокожий объяснил:

— Или я принимаю как факт, что мы из разных биологических видов, или лорд Эйн лично позаботится о том, чтобы я его принял. Лично и крайне болезненно для меня.

Я ничего опять не поняла. Отхлебнула чая, удивилась тому, что у меня, кажется, дыбом стоят волосы, от чего их неожиданно много, и произнесла:

— Слушай, ну с Юалией же ты как-то справлялся…

— Ты, главное, Эйну этого не говори! — воскликнул, подскакивая, Охард. — А то он мне не просто про разницу биологических видов расскажет, но еще и инструмента размножения лишит.

— Из-за Юалии? Нет, не переживай, он ее давно не любит, — поспешила я утешить жениха.

И почему-то вдруг подумала, что бывшего жениха… Странно, откуда такая мысль вообще взялась, но вот внутри где-то была стопроцентная уверенность, что бывшего… Хм.

— Где Эйн? — спросила, внутренне напрягшись.

— Занимается согласно расписанию, — сообщил Охард.

— А, ладно. — Я поспешила подняться и привести себя в порядок.

Хотя какой порядок… Внезапно вспомнилось, как все мои платья ровным слоем неровно порванных тряпочек устилали снег в тюрьме.

Черт!

— Так, по текущим делам… Лорд Эйн просил передать, что придушит тебя сразу после урока экономики. Портные — что новый гардероб твой уже готов. Главный повар — что завтрак ожидает леди Виэль. Информатор — что свежие газеты в твоем кабинете на столе. Леди Кассиль звонила, интересовалась новостями… Мм-м, вроде пока все, — отчитался Охард.

Первый вопрос, который я задала, был:

— А где мои платья?

— В гардеробной лорда Эйна, — глядя на меня как-то странно, сообщил зеленокожий.

Прошла в уже знакомую гардеробную, обнаружила свежепошитые для меня платья, туфли и все остальное.

Торопливо оделась, отыскала расческу, начала попытки справиться с дыбовыми волосами и задала следующий по степени важности вопрос:

— За что шеф собрался меня придушивать?

— Ну так за увеличение его гарема в десять раз.

Ну да, тут небольшой косяк вышел — в каждой комнате наверху теперь по десять девушек жило, ну а куда прикажете мне девать почти четыреста девиц со сложностями в воспоминаниях о собственной жизни? Между прочим, им нужна реабилитация, хорошее питание и все такое — а кто о них позаботится кроме прислуги лорда Эйна? Вот и я думаю, что никто.

— Злой жутко был, — продолжал вводить меня в курс дела Охард.

Ничего, разберемся.

Позавтракав в компании Охарда, Докерса и дворецкого, я в конце трапезы спросила:

— А чего все молчаливые такие?

Молчаливые хмуро глянули на меня, после слово взял ДокЭрСатан Эмаркад Шаверский Топорович:

— В Зандарате траур, — сказал он.

— По поводу? — сказала я, откусывая от бутерброда.