— Виэль, — зеленомордый мой жених рывком развернул к себе, наклонился и прошипел, — если снега избрали сэльдину, это уже все. Не отменить и не оспорить, это уже высшие силы вмешались, это Юалии только что передали власть казнить и миловать по собственному желанию. Фактически, теперь по ее приказу снега можно обагрить кровью, такой власти не было даже у покойного сэльда. И у его отца. И у отца его отца. Это власть, против которой даже твой страж бессилен. Нужно уходить, Виэль.

Да, все серьезно, тем более зная Харниса…

И тут торжественность обстановки как-то нарушил отдаленный топот.

Лично я ничего не увидела, я тут не самая высокая, но Охард тихо охнул, а леди Тай, всхлипнув, ткнулась в плечо мужа лбом.

— Что происходит? — заволновалась я.

— Х-х-харнис, — прошипел Охард, — он подготовился, тухлый рыбий хвост, здесь его личная гвардия, выходы все перекрыли.

А вот это было уже не весело. Вообще как-то не радостно. Я повернулась, посмотрела на Харниса, тот сделал вид, что моего взгляда вообще не заметил, но его акулья ухмылка была прямым подтверждением обратного.

Ой-ой, эдак он мне сейчас за разгром своей комнаты личную казнь устроит, а у меня катаны в руках нету, и страж мой теперь как бы не спасет… Мама… в смысле шеф… в смысле… спасите кто-нибудь очень почетного и жизненно важного секретаря от участи стать фаршем…

Внезапно раздался устрашающий шум воды, словно волны набегают на берег, только шумно очень, затем капель запела, вот только капельки воды, срывающиеся с прозрачных сосулек, щедро украшавших потолок, падали на нас и вообще всех присутствующих искрящимися, словно ограненные бриллианты, ледяными крупинками.

Красиво, конечно, вот только мне лично совсем не понравилась толпа в десять снежных при оружии и доспехах, которые по образовавшемуся проходу двинулись ко мне!

И тут еще и жрец добавил заунывно-торжественно:

— Воды избрали сэльдину!

Да сколько уже можно-то?

— Проклятые икринки, — совсем упавшим голосом простонал Охард, — это конец, теперь даже бежать некуда.

— Да уже как бы и никак, — испуганно сжавшись, прошептала я, едва эта делегация, я про закованных в латы снежных, взяла меня под караул, потеснив собственно всю оппозицию, да и слуг.

Охарда от меня тоже оттеснили, хотя он молча, но решительно сопротивлялся. Просто один из снежных вдарил моему жениху рукоятью катаны в живот, зеленомордик сложился пополам, едва не взвыв от боли, и его оттолкнули. Так что теперь стояли все, ну и я отдельно в окружении снежнолатников.