Ну потому что, кажется, намотает, раз мой хранитель теперь им не помеха, и вообще грустно, да. И обидно, что Юалия стала сэльдиной, которая теперь навечно. Это им придется вместе с шефом править, так получается? Она же опять будет козни строить и перед всеми его недалеким солдафоном выставлять, и его благородством пользоваться, и…

И тут жрец коронку на нее надел и подержал. Коронка такая красивая была, хрупкая, нежная, изящная, переливающаяся радужным сиянием на солнце… А над ней кружили серебристые снежинки, которые все еще продолжали свой танец, то сбиваясь в один снежный смерчик, то делясь на двенадцать маленьких блестящих вихрей.

Появились несколько служанок со шпильками и торопливо начали крепить корону к высокой прическе сэльдины. Делали они это сноровисто очень, а жрец крепко коронку держал, Юалия сжалась и сидела, едва дыша, а Харнис в нетерпении пританцовывал рядом.

И вдруг все лениво до того кружившие снежинки как ринутся к Юалии!

Сэльдина завизжала: там, где снежинки коснулись ее, на коже проступили капельки крови, а коронка взлетела, безжалостно дергая волосы, расшвыривая шпильки! Жрец сунулся было водрузить коронку обратно, но злющие снежинки атаковали его, и вот теперь кровь брызнула мелкими алыми капельками даже на трон и Юалию.

А затем снежинки, как изумительно прекрасный блестящий рой, поднялись над троном, закачались, будто змея перед броском, и…

И ринулись на меня!

Я не то чтобы завизжала, я заорала и бросилась прочь!

Мне как-то вовсе не хотелось, чтобы и моя кровь тут на всех летела, и страшно было до ужаса, и… И эти ледяные остолопы не дали сдвинуться даже на шаг, точнее они все еще стояли в коленопреклоненной позе, а тут орущая я на них налетела, и они, гады, даже не шевельнулись, а вот меня отбросило назад силой удара и…

И, на удивление, я не свалилась.

Что-то мягко и бережно меня поддержало, а затем и поставило на ноги. И исчезло. По крайней мере, поддержки я больше не ощущала. Медленно приоткрыв глаза, сначала один, потом второй, огляделась — рядом никого, но подозрительно сверкает моя белая шубка. Присмотрелась к меху, он действительно засверкал, причем очень сильно, словно на нем мириады блесток. Посмотрела на постамент и трон — почему-то все присутствующие там, то есть жрец, три служанки, Юалия и Харнис смотрели на меня так, ну так… Да как гончие, когда добычу видят. Они все даже вперед подались, а Юалия привстала с трона. К слову, коронки нигде видно не было…

— Виэль, посмотри наверх, — вдруг как-то сдавленно произнес Охард."

"Я послушно подняла голову и посмотрела — наверху были все те же сверкающие сосульки.

— На голову свою посмотри! — вдруг рявкнул всегда очень вежливый мой жених.

— И как ты себе это представляешь? Я что, улитка, что ли? — поинтересовалась я.