И маникюр с педикюром, которые я сделала накануне, приходятся как нельзя кстати.

Мы едем в какой-то загородный отель-ресторан. Мне там ни разу не доводилось бывать, а Кирилл напротив уверенно заявляет о том, что это отличное место. Не хочу думать, когда и с кем он там был, но думаю. Немного злюсь на него, но еще больше на себя. За то, что согласилась. За то, что вопреки здравому смыслу куда-то еду с ним. Это лишнее. Не нужное ни ему, ни мне.

Это все любопытство.

Дурацкое, женское, неисправимое любопытство. Он ведь раньше никогда меня с собой ни брал ни на деловые встречи, ни тем более на посиделки с друзьями. Я вообще его друзей не знаю, не представляю, что за компания, и к чему все это может привести. Но еду.

— Кир, зачем я тебе? — этот вопрос мучает меня больше всего.

— Я просто хочу познакомить тебя с людьми.

— Зачем?

— Они не чужие мне.

— Причем тут я?

— Ты тоже не чужая.

Очень странный разговор, и я не знаю, как его переварить, как реагировать, как вести себя.

Смолин будто читает мои мысли:

— Просто будь собой. Там нормальные ребята. Никто тебя не съест.

Нормальные ребята… Боже, как странно слышать подобные определения из уст Смолина.

Я теряюсь. Не знаю, что сказать, поэтому рассеяно таращусь в лобовое стекло.

Высокие дома остались позади. Перед нами только заснеженная дорога, освещаемая желтыми фонарями и одинокие встречные машины.

У поворота яркими светоотражающими буквами семафорит указатель. Мы сворачиваем с трассы налево, пробираемся по узкой дороге и в итоге оказываемся возле дорогого резного забора, за которым яркими огнями светит небольшой, но дорогой отель.

— Может домой? — неуверенно спрашиваю я, нагибаясь вперед, чтобы получше рассмотреть обстановку.

— Поздно. Мы уже приехали.

Он первым выходит из машины, огибает ее спереди и распахивает передо мной дверь.

— Боже, какая галантность, — не могу удержаться от шпильки, но и от руки не отказываюсь. Потому что с ловкостью у меня плохо, и помощь приходится как нельзя кстати, — предупреждаю, как только мне надоест или я устану – тут же вызову такси.

— Угу, — кивает Кирилл, вызывая желание треснуть по макушке, — идем.

Он на полшага впереди, а я плетусь следом и ворчу себе под нос. Могла сидеть дома, кушать мандаринки, болтать с Ленкой по телефону. У нее что-то в жизни происходит, но она, коза такая, не признается, как только ни пытаю ее. Только улыбается загадочно и отнекивается, мол просто праздничное настроение. Врушка.

Внутри тепло и уютно. Пока Кирилл сдает одежду в гардероб, я кручусь возле зеркала. Куда я, вообще, с таким пузом поперлась? Почти всю беременность просидела дома, а на сносях поперлась веселиться. Ну, не бестолочь ли?

— Готова? — спрашивает Смолин и как ни в чем не бывало берет меня под руку.