Я разговаривал с Ирина Михайловной. Она сказала, что тебе надо больше отдыхать и ни в коем случае нельзя перенапрягаться. Если что-то потребуется – звони. Кир.

— Вот сукин сын…

Глава 12

Звонок от Нины Ивановны Смолиной застает меня за очень важным занятием. А именно: я пытаюсь дотянуться до пальцев на ногах и покрасить ногти. Беременный педикюр – мероприятие веселое и экстравагантное. Тут тебе и акробатические этюды, и песни с плясками и фигурное пыхтение от напряга.

— Слушаю, — отвечаю не глядя, и когда в трубке раздается ласковое:

— Здравствуй Светочка, — роняю на пол кисточку.

— Да чтоб тебя…

— Света?

— Простите, не вам. Неполадка небольшая.

— Ааа, — понимающе тянет она, — а мне вот птичка на хвосте принесла, что скоро внук у нас родится? Или внучка?

Ага. Большая такая птичка. Снежный павлин называется.

— Не знаю, — честно признаюсь, — по УЗИ не видно.

— Точно пацан будет, — убежденно отвечает она, — я когда с Кириллом ходила, никто ничего увидеть не мог. Такой верткий был, просто веретено.

Зато сейчас как ледяная скульптура.

Я все еще негодовала от того, что он в мое отсутствие хозяйничал у меня дома. Вроде и приятно, что позаботился и в то же время бесит, что не воспринимает мои слова всерьез и раз за разом вторгается на мою территорию.

— Вы уже решили, как назовете? Придумали имена?

Вопрос вгоняет меня в ступор, потому что он звучит не «ты решила», а «вы решили», словно это в порядке вещей после не слишком счастливой семейной жизни и развода, сидеть рядом с бывшим муженьком и самозабвенно придумывать имена.

— Пока нет, — сдавшись, закручиваю крышечку на флаконе с лаком – все равно ничего не выйдет, проще к мастеру записаться.

— Как насчет Александра или Романа? Александр Кириллович, по-моему, звучит солидно.

— Не плохо, — уклончиво отвечаю я.

— А для девочки подойдет имя София или Ксения. Как тебе? Ксения Кирилловна?

— Чудесно.

— Время еще есть, надо будет обсудить варианты.

— Непременно.

Вот просто сплю и вижу, как бы пообсуждать имена будущего ребенка с бывшей свекровью. Нет, отношения у нас с ней были неплохие. Я ни единого дурного слова не могу сказать в адрес этой суетливой, обо всем переживающей женщины. Но мы общались не потом что прониклись друг другу и превратились в лучших подружек, а потому что были семьей. Единственное, что нас объединяло – это Смолин. И как только эта связь исчезла, наше общение ожидаемо сошло на нет. И теперь, я была не уверена, что хочу его форсировать. Нина Ивановна будет чудесной бабушкой, и запросто смогу доверить ей свое чадо, но в первую очередь она мать Кирилла.

— Вы когда к нам в гости приедете?

— Сначала надо родить, — отшучиваюсь я, включая дурочку, — потом и приедем.

— Я имела в виду вас с Кирюшей, — терпеливо поясняет Нина.