"Скажи, что любишь

Глава 1

— Светлана? — елейный голос отвлекает меня от непростых мыслей, — не возражаете, если я к вам присоединюсь?

Я ставлю кружку с недопитым латте и поднимаю взгляд на девицу, так нагло вклинившуюся в мое личное пространство. Блондинка. В бежевом вязаном платье, с дорогой сумочкой, на шпильках. Губищи сочные. Я сразу представляю, что ими можно делать…и кому, и у меня заранее щемит между ребер.

Не дожидаясь согласия, она усаживается напротив и растягивает улыбку, в которой нет и намека на дружелюбность.

— Меня зовут Олеся.

Ждет, моего ответа. А я молчу. Смотрю на нее, ощущая горечь на языке и лед в груди. Красивая, примерно одного возраста со мной, в глазах вызов и снисходительное превосходство. Я знаю этот взгляд, и знаю, что за ним последует.

— Не хочешь спросить, кто я и что мне нужно? — фривольно переходит на «ты» и наманикюренной лапкой подзывает официанта, — американо, пожалуйста.

Я равнодушно жму плечами:

— Мне неинтересно.

— Ммм, — она усмехается, — очень зря. Мне есть, что сказать.

— Спасибо, не надо.

Я не хочу ничего слышать. В последние дни мое настроение колеблется между отметками «хреновое» и «очень хреновое», а сейчас появились все шансы скинуть его до состояния «полный звездец».

Ей плевать. Она перемешивает содержимое кружки, аккуратно кладет ложечку на блюдце, и выглядит, как королева, снизошедшая до простых смертных.

— Эти два дня Кир провел со мной, — сообщает как бы между прочим, — не было никакой командировки. Когда он звонил тебе и говорил, что находится на совещании, я сидела у него на коленях. Голая.

Черт… Когда уже перестанет болеть?

— Повезло тебе, — отпиваю остывший латте. На вкус – отвратительно, и желудок в очередной раз сдавливает неприятный спазм.

— Не веришь? — хмыкает Олеся и достает телефон, — смотри. Специально для тебя снимала.

Она разворачивает ко мне экран. Я не хочу ничего знать, но против воли опускаю взгляд. На видео роскошный номер, кремовые тона, зеркала, дорогая техника. Крупным планом пиджак от костюма известной марки. У моего мужа такой же.

У меня нервно дергается щека, но я продолжаю смотреть, понимая, что в конце ждет самое интересное. Самое страшное.

Чудо-оператор проводит лапой по темно-синей ткани. Узнаю Олесин маникюр. Молчу, проглатывая ядовитый ком, вставший в горле. Камера смещается, покачиваясь в такт шагам, и переходит от пиджака к кровати, на которой кто-то спит.

Кто-то…

Я знаю кто, но глупое сердце сопротивляется изо всех сил, пытаясь отрицать.

Камера безжалостно приближается, демонстрируя спящего на животе Кирилла. Даже во сне он выглядит хмурым, только складка между бровей стала немного мягче. Длинные ресницы едва заметно трепещут, отбрасывая густые тени.