И едва правдоискатель покинул редакцию, молодой репортер Полуянов позвонил заведующему роно, подписавшему тот самый приказ об увольнении руководителя киношколы. (Как его звали? Фамилия напрочь стерлась из памяти…)

– По какому вы вопросу? – осведомился по телефону чиновник у Димы.

Журналист пояснил.

Работник наробраза как-то двусмысленно хмыкнул, а потом молвил:

– Что ж, тогда милости прошу, – и назначил рандеву на завтрашний день.

Назавтра перед Димой предстало самое типичное кувшинное рыло, не меняющееся с царских времен. С начала двадцатых такие рыла постепенно захватили все советские и партийные учреждения – и сейчас вот опять вползли в кабинеты новой России. Дима навострил диктофон и выложил чиновнику свой единственный, но козырной вопрос:

– На каком основании вы увольняете руководителя детской киношколы такого-то?

Тут глазки чиновника маслено залучились, и он вымолвил с фарисейским вздохом:

– На том, господин журналист, основании, что этот ваш директор киношколы – самый настоящий педофил.

В тот момент Диме показалось, что его сзади огрели по голове чем-то тяжелым.

Он, однако, выдержал, как мог, удар и вроде бы хладнокровно спросил:

– У вас имеются факты для столь смелых заявлений?

– Имеются, молодой человек, имеются, – осклабился чиновник (он чувствовал себя абсолютным хозяином положения). – Против вашего наставника молодежи, – выделил он саркастически, – прокуратура нашего округа возбудила уголовное дело по статье «Развратные действия сексуального характера».

– Что же он натворил такого развратного?! – воскликнул Полуянов."

"– Об этом вам лучше, конечно, спросить у прокурора, – сделал отметающий жест чиновник, однако сально улыбнулся, – но я слышал, что он по меньшей мере снимал девочек, учениц своей киношколы, полностью обнаженными. Насколько я знаю, данные киноматериалы приобщены к уголовному делу.

И немедленно (чуть позже, анализируя столь великолепную быстроту оппонента, Дима заключил, что она являлась не чем иным, как домашней заготовкой) чиновник соединился по селектору с прокурором округа, а тот согласился тут же принять у себя в кабинете журналиста.

…Прокурор являл собой столь же замшелый чиновный образчик, что и деятель роно, – только глаз у него глядел потверже и губы были сжаты в более волевую складку.

– Да, – пробубнил в диктофон прокурорский чин, – против директора киношколы такого-то возбуждено уголовное дело по статье сто тридцать пятой УК России – а именно «Развратные действия в отношении лица, не достигшего шестнадцати лет».