– Не нравится мне все это, – начал он. – Какая-то там возня возле фабрики подозрительная, местные присматриваются.

– Плохо следишь! – нахмурилась она и снова пожалела о вырвавшихся словах, потому что ссориться с Петровичем не входило в ее планы. По крайней мере, сейчас.

Он бросил на нее взгляд исподлобья.

– Вот как? – спросил он обманчиво спокойным голосом. – Стало быть, это я поднимаю шум?

– Ты же знаешь мои обстоятельства, – начала она недовольно, но он перебил ее:

– Разве мы так договаривались? Твои обстоятельства мне хорошо известны. Если нужно было устранить ту девицу, которая действительно мешала твоим… нашим планам, то это одно.

Но когда все планы путает твой…

– Оставь его в покое! – слишком поспешно сказала она.

Петрович помолчал. Да, вот ее слабость, ахиллесова пята. Надо же, такая железная женщина, а тут ничего не может сделать. Материнский инстинкт, черт бы его побрал.

– Ту, первую, мы устранили, – заговорил он.

– Не бесплатно, – заметила Вдова.

– Ну разумеется, но вот еще одна пропала.

– Твой урод ее упустил!

– А твой… прислал еще одну, совсем невменяемую, она у них в машине окочурилась! Мне, знаешь, лишние трупы не нужны! И свидетели тоже!

– Я знаю… – Она сжала челюсти, отчего резко проступили скулы и все лицо перекосилось, – поговорю с ним.

Время, все решает время. Осталось меньше месяца. Если новое завещание не всплывет, то я вступлю в права наследования, и все вопросы решатся.

Он посмотрел на нее вблизи. Да, сколько денег ни вкладывай в собственное лицо, характер к старости все равно вылезет. А он у Вдовы всегда был мерзкий, стерва она первостатейная, уж он-то знает.

– Тут вот еще что, – он прикинул, что нужно сказать, – сегодня деваха одна заехала, молола чушь какую-то, что заблудилась, а сама в гриме, в парике, на тебя ссылалась. Я ее придержал, надо бы допросить как следует.

– В парике, говоришь? Небось, та бабенка, актрисулька, что возле Витальки вертится, думает, дура, что он на ней женится, если она ему поможет завещание найти. Только такого никогда не будет.

– Что – не женится?

– Завещание не найдет!

– Ну-ну… – снова криво усмехнулся Петрович, и тут не ко времени зазвонил его телефон.

– Петрович! – гудел Валентин. – Тут такое дело… Она сбежала!

Петрович перехватил внимательный взгляд Вдовы и отвернулся.

– Не ори, – прошипел он, – приеду, поговорим.

– Что еще случилось? – спросила Вдова.

Ишь, чует неприятности, чует, стерва!

– Да так, мелкие брызги, – отмахнулся Петрович, – я разберусь.

Не хватало еще сознаваться в собственном косяке. Но как же девка сбежала? Кто ей помог?

– Мелкие, говоришь, брызги? Ну-ну… – усмехнулась Вдова, и он понял, что она не поверила.