Из противников лишь Вова мог похвастаться статью бойца, трое его собутыльников не больше среднего шимпанзе, и возрастом помоложе будут. В рот заглядывают вожаку, «на север, так на север».

— А то что? — сощурился Сипкин.

— В трезвяк сдам.

— Ну, попробуй, — Вова демонстративно закинул ногу на ногу, всем видом показывая, что он «царь горы», то есть, лавки.

Его прихвостни хихикали и плевали семки под ноги. Один из них, в кепке, слишком поверил в свои силы, и скорлупка необдуманно упала Антохе на туфлю.

Хрясь! — Быков не выдержал и заехал плюющему прямо в глаз. Тот перекувыркнулся через скамейку назад, словно мячик. Добрый удар, только драться в общественном месте мне нельзя. Или… Я спешно огляделся, вокруг никого. Эх, была не была…

Бум! Отбил кулак, который летел мне в голову. Один из «шимпанзе» кинулся в атаку, мстить за бессловесно перекинутого через лавку собрата.

Сипкин тоже вскочил, но Тоха махнул перед его мордой кулачищем, и боксер понял, что нахрапом нас не взять. Чуть отступил и встал в стойку.

— Сипыч! — верещал его кент. — Меси их, чо встал⁈

Но Сипыч не дурак, помнит, как я его уложил, на рожон не полезет. Да и технику Быкова он сразу опытным взглядом срисовал. Понял, что тот не бальными танцами занимался. И есть у него то, что танцевать мешает. Твердость характера, то есть.

Его подручные не знали о боксерском прошлом Тохи и тараканьей стаей набросились на нас. Даже тот, что в кепке, выполз из-за скамейки и, сверкая свежим фингалом, ринулся в бой.

Бам! Бам! Сыпались по нам удары. Бух! — кулак Тохи откинул одного из нападавших. Тот картинно раскинул руками и с криком «мама!» отлетел в кусты.

Я тоже уложил одного, прямым дальним зарядил в нос. Тот сел на задницу и озадаченно хлопал глазами. Вытирал кровь и никак не мог понять, как я его сумел достать на расстоянии.

Бам! — и по моей скуле смазал кулак.

Сипкин включился в игру, понял, что бандерлоги одни не вывезут. Проиграют они, проиграет и он.

Н-на ответотчку! Выстрелил в него двоечкой, но реакция Сипыча его спасла. Помнит, гад, премудрости бокса. Не все пропил.

— Бей их, Сипыч! — отчаянно верещал последний оставшийся «в живых» гопник.

Он вцепился в ноги Быкову и пытался повалить его, как дерево.

Тоха раскинул ногами, пытаясь сбросить «Моську», но та держалась намертво.

— Мать твою! — Быков все-таки оступился и грохнулся на спину.

Сипкин снова напал на меня, а на подмогу «Моське» пришли очухавшиеся собратья. Кинулись пинать лежачего Быкова.

Не по-пацански совсем. Я было бросился ему на помощь, но пришлось сцепиться с Сипкиным. Он вырос у меня на пути, не давая пробиться к другу.

Ш-ш, ш-ш, — свистели его кулаки возле моей морды.

Уход наклон, удар, обманка, бум! Есть! Припечатал Сипкина в нос.