— А то, что я слышал, что в городе шайка мелкая объявилась, не то чтобы бандиты, но на рынке, где частники продукцией своей торгуют, молоком, мясом и прочим кефиром, дань сшибают. Так вот, этот Сипыч, вроде как, с ними. Мне на заводе мужики рассказывали. Да и рожа у него больно знакомая. Он, вроде, в соседнем цехе трудится.

Адреналин испарялся, и я уселся рядом, вдруг почувствовав накатившую усталость.

— Хм… Интересно. А почему их милиция не прижмет?

— Так заяв нет. Не все же легально торгуют. Кто-то и вообще не своим, а как перекуп. Вот те на них и специализируются, нетрудовые доходы, так сказать, половинят.

— Спрошу у Гоши, как он такое допустить мог.

Быков смачно хмыкнул.

— А Гоша сейчас сильно не высовывается. Много его подручных за решетку загремело. Как чистка в милиции была при Андропове — ты же знаешь, так и за Гошу тоже взялись. Много его пехотинцев, кто на условно-досрочном гулял, обратно в казенный дом заехало.

Я нахмурился и глянул на Быкова с сомнением.

— Странно… Гоша осторожный, и с властями в контрах никогда не был.

— Так я же говорю, все случилось, когда власть поменялась. Когда ГБ-шник в УВД у руля встал. Он, наверное, и дал команду «фас». Но самого Гошу и катран его не тронули. Правильно ты ещё тогда говорил. Его заведение кому-то нужно…

— И откуда ты это все знаешь? — вскинул я на друга бровь.

— Так завод — считай, улей. Там все слухи города сходятся. У нас многие калымят и крутятся не только в цехе. Время сейчас такое. Хочешь дефицит достать, умей крутиться.

— Будешь, значит моим информатором, — улыбнулся я.

— Не-е… Стучать я не буду, я тебе так, за кружкой пива все расскажу. А вас-то чего сюда дернули? Нет в городе маньяков.

И, главное, так уверенно сказал, будто сам маньяками заведует.

— Труп есть, значит, и маньяк найдется, — вздохнул я.

— Что за труп?

— Некий Морошко.

— Юрич, что ли? Это которого без головы нашли?

— Ну да, а ты-то откуда его знаешь? Он на фабрике музыкальных инструментов работает, а не на заводе.

— Так это он после туда ушел. В смене Михалыча был, должность невеликая — «отставной козы барабанщик», вот и свинтил он на фабрику. Знал я его. Жаль мужика! А почему ты решил, что маньяк объявился? Еще трупы есть?

— Сплюнь!

— Так, может, не маньяк это вовсе.

— Ага, кому тогда понадобилось голову отрезать, да еще труп в лесу привязывать?

Быков в раздумьях постучал бутылкой по колену, содержимое глухо булькнуло. Я ждал его ответа — может, мой старый друг ещё что-то знает?

— Похоже на акт устрашения, — наконец, выдал Антон. — Морошко этот как раз к рыночникам имел отношение. Вроде как, мясо туда сдавал.

— Со своего подворья?

— Да, он в пятиэтажке жил, ездил по деревням, скупал по дешевке скотину — и сдавал как свое.