— Иришка! Солнышко мое! Господи, как я по тебе…

— Пшел вон, козел! — пьяно крикнула Ирина, с ходу залепляя супругу звонкую пощечину и замахиваясь для новой. — Что ты хочешь, скотина?! Чего тебе?! Из-за тебя все, гад! Гад!!!

— Иришка, Иришка, ты что?! — растерянно лепетал Александр Евгеньевич, пытаясь схватить Ирину за руки. — Уймись, золотце мое, все позади!

Бац! — Ирина опять влепила мужу пощечину и с яростью заорала:

— Все позади, да?! Да я по твоей милости… Я арабу хуй сосала из-за твоих выкрутасов! Меня в жопу ебли, как последнего пидараса! Позади, да?! Меня драли во все щели, как последнюю шлюху, целая банда чабанов! Меня чуть до смерти не заебли! Чмо!!! Чтобы ты сдох, гад!!! Гад!!!

— Прострелили скаты, — скучным голосом доложил Север. — Намекнули. Убрались…

Ирина, оттолкнув мужа, вдруг выдернула из сумочки хромированный дамский револьвер и, направив в грудь Александра Евгеньевича, завизжала:

— Прочь, скот! Пшел отсюда, гад! Пристрелю как собаку!

— О-о-о, как все плохо, — простонал Шведов. Действительно, вроде бы пушечка несерьезная, но в неумелых руках может стать опасным недоразумением. — Откуда у нее ствол?!

— Викуша, блядь такая! — досадливо воскликнул Назарян. — Ее игрушка, не иначе. Она на этом помешана…

— А ну, садись в машину, — торопливо распорядился полковник, толкая Лечи в спину. — Садись к брату, я сказал. То-то будет весело, если тебя ненароком подстрелит пьяная баба!

Лечи, невнятно выругавшись, полез на заднее сиденье «Тойоты», потеснив Руслана.

Ирина, обойдя опасливо попятившегося Александра Евгеньевича, остановилась в пяти метрах от «Лендкрузера», прицелилась в Ибрагима и скомандовала:

— А ну, сволочь, руки на затылок и шагом марш в мою машину! — и решительно мотнула стволом в сторону Викиной «Вольво». — Пшел, я сказала! Пшел, чмо!!!

Ибрагим, покраснев, как пионерский галстук, растерянно обернулся к Шведову.

— Дама приглашает, — хмыкнул Антон. — А ведь не шутит. Пристрелит как пить дать, сам учил.

Ибрагим положил руки на затылок и, склонив голову, направился к «Вольво», стараясь держаться левой обочины, подальше от разъяренной женщины. Пропустив его вперед, Ирина, держа револьвер на изготовку, пошла следом. Сделала три шага, ноги разъехались на скользкой дороге… и плюхнулась на задницу!

— Ар-р-р! — зарычал Ибрагим, стремглав пускаясь наутек.

— Улю-лю-лю-лю!!! — восторженно заверещал Назарян. — Вот он, наш вице! Вот он, гордый орел, мачо хуев! Как бежит!!! Нет, как бежит, а?! Ты смотри, куда там Борзову! Куда там Льюису! Какое зрелище, нет, какое зрелище, господа!!!

На самом деле Борзовым тут и не пахло, Ибрагим как заяц метался от обочины к обочине, смешно вскидывая ноги и виляя задом. Зрелище было, я вам скажу, так себе.