Зато от крайней избы, весьма просторной и зажиточной, доносились громкие голоса.

— Пьяные все! — прошептал Яшка. — Празднуют что ли чего-то? Я в последние дни новости не слушал, надеюсь, они не Ленинград взяли…

— Руки коротки, — прошипел я. — Не возьмут они Ленинград.

— Эх, твоими бы устами… — вздохнул Яшка. — Про Псков сначала тоже никто не верил, а теперь они тут хозяева. Плескау он у них, видите ли.

— Да нет, тут другое что-то… — отмахнулся я. — Надо поближе подобраться и послушать, раз уж мы здесь.

— Давай, — согласился Яшка. — Вот ежели мы с той стороны пойдем, то можно в тени развалины укрыться, и…

— Цыц! — шикнул я.

 — Меньше трепа, больше дела. Пойду один. А ты сиди здесь и смотри в оба, понял? Если что не так, ори какой-нибудь птицей, хоть кукарекай.

— Понял, — Яшка вздохнул, но спорить не стал. — Сойкой прокричу.

Я похлопал его по плечу и скользнул в кусты за импровизированной свалкой. Бл*ха, ну вот что за люди, а? И на фрицев не свалишь, потому что мусор сюда сваливали еще до того, как они пришли. Главное, вывезти свой хлам за забор, а там хоть трава не расти. Обычное дело — раз есть деревня, значит по всем выездам из нее обязательно есть помойки.

Сейчас мне это было на руку, конечно, но в целом — мерзотная традиция. И к двадцать первому веку ее все еще не изжили ведь, вот что плохо.

— Хальт! — услышал я и замер. Голос звучал за спиной, как раз в той стороне, где я оставил Яшку.

Глава 11

Что-то не так было с этим фрицем. Он довольно умело держался в тени, хотя в неверном свете луны внимательно разглядывать — тоже такое дело… Но чутье редко меня подводило, так что я замер, готовый к прыжку в любой момент.

Подождем. Послушаем. Тем более, что фриц вроде не собирается Яшку убивать. Что же с ним не так?

Странностей было несколько. Он явно не хотел устраивать лишнего шума. Держал Яшку на прицеле пистолета, а сам рылся в его сумке.

— Кто еще с тобой был? — тихо спросил он, подняв лицо. Смуглое лицо! На короткий момент свет луны попал на него, и я смог его рассмотреть получше. Смуглая кожа, резкие черты лица, больше всего он вообще похож на цыгана. Кроме того, этот акцент… Сдвоенная эсэсовская молния в петлицах, крест. Никакой это не фриц, вот что.

Эсэсовец с восточноевропейским акцентом, фуражка явно не по размеру, сползает с буйных кудрей.

— Так я же говорю, никого со мной не было! — уверенно шпарил вполголоса Яшка. — Я в Толокушкино ходил, домой вот возвращаюсь, время не рассчитал, заплутал. Ну и выпил, не без этого… Герр офицер, да я свой!

— Заткнись! — рыкнул лже-эсэсовец. — Деньги есть? Карманы выворачивай!

— Конечно, герр офицер, сию секунду, герр офицер… — Яшка сунул руки в карманы.

— Стоять! — лже-фриц дернул стволом.