И вообще непонятно, реально было или это доморощенные конспирологи огород нагородили такой, что фиг разберешься.

Но во-первых, история теперь немного поменялась, отчасти моими усилиями. А во-вторых — не хотелось бы проворонить ее занимательный вот-это-поворот. И получить среди событий ракетный удар по Ленинграду, который разобьет вдребезги какой-нибудь Исаакиевский собор. Зашибись будет ирония — янтарную комнату спас, а Исаакий потерял. Такой себе размен.

— Точно уверен? — взгляд Хайдарова стал цепким и острым. Вообще-то, диверсии такого рода — это совершенно не его компетенция, он все-таки контрразведка, с другой — про янтарную комнату же я ему, получается, не наврал.

Операцию завершил успешно."

"— Нет, — я помотал головой. — Говорю же, только слухи какие-то, даже сначала внимания не обратил, думал, может там просто кто шнапса обпился и несет всякую чушь. Но вот сейчас у меня было время выдохнуть и все проанализировать. И я пришел к выводу, надо бы вопрос этот повнимательнее изучить, смекаешь?

— И почему же ты ко мне с этим пришел, а не к Слободскому? — лицо особиста снова стало подозрительным.

Хорячьи глазки превратились в узкие щелочки.

— Слободскому еще с председателем этим мутным из Свободного разбираться, — я покривил губы в горькой усмешке. — Не хочу раньше времени неполными сведениями его нагружать.

Про председателя я ввернул намеренно. Пусть тоже сделает стойку и сунет нос в эти дела, не помешает. Пашку-предателя там, конечно, расстреляли, но чутье мне подсказывало, что не все там чисто. Но самому в это лезть, страсть как не хотелось.

— Мои ребята, конечно, орлы, и все такое, — продолжил я.

 — Но теперь ведь мы в партизанском отряде, значит не можем вот так просто взять и пойти куда вздумается. Операции надо планировать, а ты человек с боевым опытом, офицер.

Хайдаров пожевал нижнюю губу. На его лице отразились недюжинные такие сомнения. Он явно уже мысленно примерил на себя славу героя-спасителя Ленинграда от угрозы супероружия. Но прямые должностные обязанности все еще доминировали.

— Мурат Радикович, предлагаю это сделать нашей с тобой тайной операцией, — сказал я. — Мы с моими людьми возьмем на себя оперативную работу, а на тебе будет общее руководство.

Ну что, по рукам?

Хайдаров молча смотрел на протянутую ему руку. Эх, хорек ты недоверчивый! Я же тебе реально предлагаю героем стать. Мне-то мои имя-фамилию светить как-то не особо требуется, я тут вообще неместный. А вот он в случае успеха может отлично так засветиться, еще и орден какой получит.

Я открыл рот, чтобы продолжить убеждать Хайдарова заняться этим делом, но он неожиданно быстрым движением ухватил меня за руку и пожал ее.

Ф-ух.

Отлегло даже.