– Ладно, остаемся, – смирился капитан. – Только чтобы без глупостей, ясно? Ланс, тебя это особенно касается!

«Котик» виновато засопел. Он и сам понимал, что ведет себя плохо – и как человек, и как киборг, – но при виде Ванессы с собаками у него словно активировалась вирусная программа, заставляющая поступать наперекор логике.

Станислав связался с Михалычем и попросил его прийти в замок в максимально приличном и одновременно рабочем виде – на случай, если все-таки удастся выклянчить у Ванессы позволение осмотреть ее гасилку. Механик немного побурчал и повздыхал, но через полчаса явился в непривычно чистом запасном комбезе и с расчесанной бородой, ядрено разящей мужским одеколоном. «Гдтттвшгслк?!» – напористо поинтересовался он у герцогини вместо приветствия, и та, ошеломленная его стоящей дыбом харизмой, безропотно указала на ангар. Дэн из окна наблюдал, как механик целеустремленно пересекает двор, а за ним, соблюдая идеальный баланс между степенностью и спешкой, шествует Джеймс.

– Не, как ни крути, а без такого вот дворецкого в приличном фамильном замке никак не обойтись, – убежденно заявил Тед, заметив, на что смотрит напарник.

– Почему?

– На случай таинственного кровавого убийства! Если оно тут произойдет, то вычислить убийцу будет парой пустяков.

– По анализу крови? – наивно уточнил Дэн.

Пилот вздохнул и «взрослым» сочувственным тоном сказал: «Ага».

Станислав тем временем обнаружил искусно встроенный в трюмо терминал, вполне современный и рабочий, что несколько примирило его с ситуацией.

– Так, все кыш отсюда! – скомандовал капитан, отрывая от полотенечного корабля крылья и переобуваясь в них. Наверное, он и впрямь слишком переутомился, если ему уже мерещится подвох в обычном гостеприимстве. – Отдыхать так отдыхать!

* * *Стемнело рано – то ли из-за времени года, то ли из-за местоположения замка, – но почти сразу же из-за горизонта всплыла кассандрийская луна. Света она давала немного, зато была огромной и удивительно нежного персикового цвета. По замку поползли вкусные запахи, каждые пять минут сменяя друг друга и в конце концов смешавшись в единый аромат грандиозного пира. Даже Станислав последние полчаса провел не в напряжении, а в предвкушении.

Банкетный стол оказался роскошен даже с чисто эстетической точки зрения: белоснежная скатерть, черные столовые приборы, свернутые розами салфетки и вычурные букеты из настоящих роз, ведерко с шампанским, несколько благородно пыльных винных бутылок, безалкогольные напитки и пятипалые серебряные канделябры. Люстры были максимально притушены, и живое пламя свечей окутывало стол манящим ореолом, как груду сокровищ (или радиоактивных отходов, смотря у кого какие ассоциации).