Одним движением он перехватил нападающего за горло, и я услышала треск — короткий, сухой, как ломающееся дерево. Тот осел на пол.

Третий… тоже затих. Мой огонь покончил с ним.

Я прошептала, а Аданат не стал спрашивать откуда я это знаю.  Мы сейчас чувствовали друг друга.

— Они Одержимые.

Аданат вернулся к наемникам и, прочитав заклинания, добил тех и сжег.

А уже через секунду оказался рядом с нами. Поднял меня с кресла, крепко прижал нас с малышкой к себе, наклонился и поцеловал Аделию в макушку:

— Мои хорошие… Всё хорошо. Всё кончилось. Больше вас никто не обидит.

Мне тоже достался поцелуй в макушку. Горячий. Отчаянный. Полный любви.

По внутренней связи, которую я пыталась почувствовать, ко мне хлынуло столько всего… тепло, любовь, безграничное желание умереть за нас. Всепоглощающее, бездонное чувство — как будто всё, что он чувствует, теперь принадлежит и мне тоже.

— Лена… — его голос стал серьёзнее. — Вам сейчас нужно собрать вещи. Здесь оставаться нельзя.

Он нахмурился. Между его бровей легла глубокая складка. Так и хотелось дотронуться пальцем и разгладить её.

А потом мы поднялся наверх. Я хотела положить Аделью в кроватку, но передумала, передала её Аданату. Он взял её с невероятной бережностью, словно боялся даже дыханием задеть. Держал почти на вытянутых руках — его мощные ладони казались огромными рядом с крошечным тельцем дочери.

Он смотрел на нее не моргая. Потом прижал её к груди. Зажёг в другой руке огонёк, чтобы отвлечь малышку.

А я… я в спешке сбрасывала в сумки всё, что могла. Тьма не врала. Одержимые действительно подобрались слишком близко.

— Много не бери, — хрипло сказал Аданат. Я кивнула, но не ответила.

И тут я заметила, что что-то привлекло его внимание. Вместе с Аделией он подошёл к прикроватной тумбочке.

Там, на самом краю, лежало заготовленное письмо и сложенное треугольником.

Я собиралась отправить его. Это было очередное анонимное предупреждение. Я узнала, что через десять дней возможен крупный прорыв. Теперь было ясно: всё серьёзнее, чем казалось. Это может быть решающая битва.

Аданат подхватил треугольник, и замер. Я остановилась, с маленьким платьем Аделии в руках, не в силах отвести от него взгляд.

Он поднял голову, смотрел на меня так, будто впервые увидел. Его голос сорвался на хрип:

— Всё это время… это была ты?

Я кивнула. Молча.

Глава 53

— Откуда ты знала, что они были Одержимые? — спросил Аданат глухо, не отрывая от меня взгляда.

Я задержала дыхание на секунду, а потом выдохнула:

— Я вижу их. Вижу их красные глаза… Это мой дар. Я чувствую Хаос. Я могу отличить заражённых даже без заклинаний.

Он медленно покачал головой, прижимая дочь к себе.

— Я ведь мог не успеть сегодня… — произнёс он с надрывом.

Подошла и коснулась его плеча.