— Но я ведь не сплю, — тихо и разочарованно вздыхает Афинка. Неуклюже разворачивается ко мне и кладет ладошку мне на щеку. Молчит несколько секунд и безапелляционно заявляет. — Я знаю, когда я не сплю.

Надо срочно ее усыпить.

— Я чуть-чуть поспала и проснулась. Вот.

Моргает и опять вздыхает. Поглаживает мою щеку:

— Красивая мама.

— Засыпай.

— Вы целовались, — с тихим упрямством повторяет Анфиса. — Я видела. И раньше вы не целовались.

Я готова плакать.

С чего это я вдруг решила, что смогу обмануть Афинку? У нас в семье не было легковерных дурочек и дурачков, которых можно с улыбочкой убедить в том, что ей приснилось, как мама и папа целовались.

— Не целовались, — Афинка опять тяжело вздыхает. — Вы меня целовали, Борьку целовали. Обнимали и целовали, но ты папу не целовала. И папа тебя.

Хмурится.

Герман, наверное, смог найти, что ответить Афинке и запудрить ей мозги, но не я. Я слишком истеричка для этого.

Я, кажется, сейчас могу забыть, как дышать.

— Почему?

— Что почему? — переспрашиваю я.

— Почему папа тебя не целовал, а ты папу?

— Потому что я и папа… Афина, милая, потому что мама и папа не живут вместе, — тихо поясняю я, и сама от своих слов же готова плакать. — Мы мама и папа, но не муж и жена. Понимаешь?

Афинка хмурится сильнее.

— Мы не вместе…

Отличный повод все подвести к тому, что у Германа есть другая тетя, которую он должен целовать.

— Папа живет отдельно, мама — отдельно, и мы… ммм…. сейчас друзья, Афина.

Не хочу быть подругой Герману.

Да и не смогу я.

Это поцелуй, да, был спонтанным и внезапным, но он меня выбил из колеи тем, что он стал глотком жизни.

Я будто до него мертвой была, а сейчас сердце так стучит, как в прошлом, когда Герман первый раз меня поцеловал.

Также внезапно, нагло и напористо.

И самое страшное, что я потеряла его поцелуи до его измены, но я была свято уверена, что Герман никуда не денется."

"Пусть подождет, пока я буду готова к его страсти, напору и желанию утащить в темный уголочек.

А готова к Герману я была редко, ведь у меня проекты не кончались. Свою страсть я выплескивала на новые коллекции, на встречи с другими людьми, на показы.

Хмыкаю, потому что вспомнила, как на одном из последних мероприятий меня бесило то, что Герман обычным общением перетягивал внимание с моих тряпок на себя.

Он пришел поддержать жену, побыть с ней рядом, но я чувствовала, что проигрываю ему.

И ведь после был скандал. Конечно, я зацепилась не за его харизму, потому что я ведь не дура тиранить мужика за то, что он внимателен и обходителен с моими гостями на моем небольшом мероприятии.

Я устроила скандал дома из-за того, что он случайно облил одну из моделей в моем платье красным вином. Испортил его. Будто специально.