— Я добился снятия ареста на твой дом. Суд признал, что в деле о Милинде Блэр ты невиновен. Господин Биддер с помощью тёмного ритуала вытянул из неё всю магию и жизненные силы. Патологоанатом признал, что даже доставь ты быстро Милинду к королевским целителям, она всё равно бы не выжила.

— Вот как? — невесело хмыкнул. — Впрочем, это неважно, ведь денег, чтобы выплатить ссуду за особняк, у меня всё равно нет. Или лицензию мне тоже восстановили?"

"— С этим сложнее. — Берни отвёл глаза в сторону. — Слишком многим в своё время ты перешёл дорогу. И в жандармерии, и в других официальных структурах. Дело официально не будет завершено, пока не найдут отцов всех пятнадцати беременных девушек и не разберутся, что к чему. А так как ты общался с ними и мог, цитирую, «повлиять на их решение скрыть информацию от жандармов», а также почему-то смог выяснить местоположение Милинды, хотя девушки находятся под клятвой Мерлина, то тебя всё ещё держат в качестве подозреваемого. Условно, конечно, жандармы тоже не дураки, но и не горят желаниям тебе помогать.

— А что Маркус говорит?

— О, а комиссар Лейк был рад меня видеть и даже предлагал место в жандармерии, но я отказался. Я приходил попросить у него за тебя, но он сказал, что перестать заниматься расследованиями — полностью твоё решение. Я ничего не понял, если честно…

— Понятно. — Кивнул. — Маркус прав, не лезь в это, пожалуйста.

— Да, конечно. — Берни растерянно моргнул. — А, возможно, тебе будет интересно, но мадам Роуз, та сухая женщина, что господин Биддер назначил управляющей борделя, оказывается, любовница Хэнга Биддера.

— Да, как интересно… — произнёс машинально, рассматривая, как ещё один участник аукциона простукивает мраморные колонны.

— Да, она сообщила под детектором лжи, что понятия не имела о махинациях супруга и том, что эти беременные женщины дали клятвы Мерлина. Она думала, что это обыкновенные понёсшие ночные феи и одна из них — мать будущего наследника господина Биддера. Именно поэтому она относилась к девушкам чрезмерно строго и крайне сильно ревновала их к любовнику. Ведь в её-то возрасте она уже не могла забеременеть.

— Ясно, — произнёс всё так же скучающим тоном, осматривая некогда принадлежащее мне здание.

— Гх-м-м-м … ну… и ещё кое-что есть…

Я обернулся на Берни, с удивлением отметив, что он как будто смущён.

— Кай, ты не думай… В общем, я безумно тебе благодарен за Джейн… Я давно хотел тебе сказать, но было всё некогда. Тогда, когда я нашёл её платье в твоей спальне, я подумал о тебе и ней плохое, и лишь потом, размышляя, понял, что именно вы с ней бежали из здания жандармерии. То есть предварительно вас арестовали в таверне. А ещё тот срочный вызов и допрос типа по прозвищу Плешь.