— А тебе что? Мало того, что продаёшь информацию обо мне направо и налево, впускаешь людей в мой дом без спроса, так теперь решил ещё и стать соглядатаем?! — рявкнул на мальчишку."

"Подросток побелел от страха и мгновенно съежился, даже рыжие веснушки на носу посветлели. Один раз я уже сорвался на нём, после того как узнал, что он рассказал обо мне всё Джейн, но по какой-то необъяснимой для себя причине с того раза всё ещё не смог остыть. Не знаю почему.

— Про-простите, г-господин Кай, — залепетал мальчик, — я думал она ваша клиентка, и не будет ничего плохо, если…

— И что, значит, можно рассказывать о своём хозяине всё подряд?! Ты неблагодарный маленький врунишка, думаешь только о себе!

— Г-господин Кай, я хотел лишь как лучше…

— А как тогда объяснить, что продал информацию обо мне за фэрн? Мэт, фэрн! Я понимаю, если бы тебе предложили двадцать или хотя бы десять, но фэрн?!

Мэт пятился, не зная, куда деть глаза и дрожащие руки.

Его глаза подозрительно заблестели. Не знаю, чем бы это закончилось, если бы с первого этажа не донёсся знакомый женский голос.

— Мэтью, ты куда пропал? Господин Кай? Ау-у!

Мальчишка шумно сглотнул, а я по глазам понял: Мэт не собирался подслушивать мой с Ришей разговор, он пришёл доложить о приходе леди Джейн.

Но извиняться за то, что повысил на него голос, я не планировал. Хотя бы потому, что вообще никогда и ни перед кем не извинялся. Не в моих это правилах.

— Брысь с глаз, — шикнул на подростка и, одёрнув рукава сорочки, направился к лестнице в гостиную.

— Добрый день, леди Джейн. Что привело тебя в мой дом? Неужели он больше не порочит твою репутацию? — произнёс заготовленную заранее фразу и резко осёкся.

На первый взгляд леди Оллроу выглядела как обычно: строгое графитово-серое платье с высоким воротником; тщательно убранные в высокую причёску волосы света белого золота; спокойная, сияющая ровным серебристым светом аура, большую часть которой, как я уже теперь знал, составлял браслет на правой руке Джейн. Вот только морщинка на лбу, опущенные уголки рта и растерянность, мелькнувшая во влажных дымчато-голубых глазах девушки, заставили меня замолчать.

— Дженни? — Это имя само собой слетело у меня с губ, когда девушка сделала несколько стремительных шагов ко мне и внезапно замерла.

— Дженни, с тобой всё в порядке?

— Нет… то есть да… — Она сделала рукой машинальное движение, будто бы убрала локон с лица. — Не знаю. После того как мы вчера поссорились, я долго не могла прийти в себя и уснуть. А когда сон всё-таки сморил, мне приснился кошмар. Я видела Милинду, она страдала. Корчилась в муках, просила о смерти. Она находилась в каком-то ужасном подвале, где пахнет сыростью и затхлостью.