Первая была лучше: полежав сутки с сериалом, Мила становилась так себе противна, что вскакивала с дивана, как с горячей сковородки, оставляя на нем свою депрессию, а вот второй вариант мог продолжаться бесконечно долго…

Как все-таки успокаивают домашние хлопоты! И какую глупость сделали женщины, когда начали бороться за независимость! Вместо одного повелителя, родного мужа, посадили себе на шею еще целую банду начальников, которые имеют право указывать и требовать, а то еще, не дай бог, и домогаться. Вот и весь печальный итог женской эмансипации, вздохнула Мила, наводя идеальную стрелку на Вовиных брюках.

Хотя за такие деньги профессор Гринберг мог бы обучать и мятого с ног до головы ученика!

Заботы о семье несут в себе природный, эволюционно присущий женщине смысл. Мила вспомнила время, когда сидела с новорожденным Колькой. Она иногда тосковала по активной студенческой жизни, иногда сетовала на однообразное существование, но была спокойна. И депрессии, и тревоги, постоянные ее спутницы, если не сказать музы, в то время оставили ее. Она понимала на биологическом уровне, что живет не зря, а что еще нужно человеку?

А потом было предательство мужа.

Он бросил их с Колькой, пришлось выживать, зарабатывать, бороться за место под солнцем, и постепенно Мила, метавшаяся, как загнанная лошадь, перестала понимать, где истинный смысл, а где – ложный.

«А если б моя мама была домохозяйкой? – думала Мила. – Если бы встречала меня из школы ласковой улыбкой, а не приходила бы в восемь вечера измученная, занятая мыслями о том, что ее карьера идет не так? Если бы воспринимала семью как главное свое предназначение, а не как обузу? А если бы я заботилась о Кольке, как должна настоящая мать? Ведь мы с ним семья, хоть и очень маленькая.

Ненавижу унизительный эпитет – неполная. Да, я жила ради сына, но мне приходилось действовать и за мать, и за отца. Я даже гордилась тем, что я сильная, справляюсь за обоих родителей, а в результате у бедного ребенка не было ни папы, ни мамы… Мне невероятно повезло, что родился такой хороший парень. Просто повезло. Никакой моей заслуги тут нет».

В кухню, где Мила устроилась с утюгом, вплыла Наталья Павловна.

– Милочка, давайте я доделаю, – сказала она ласково, – а вы пока приготовьте нам вашего волшебного кофе, если не трудно.

– Какой труд? Приготовить кофе – значительно проще, чем погладить целый комплект белья. И хоть убейте, не пойму, почему мой кофе кажется вам вкуснее…

– Я вижу, вы очень переживаете из-за болезни вашего коллеги, – сказала Наталья Павловна, когда они сели пить кофе. – Но я надеюсь, что все обойдется.

– Хочется верить.

– Всегда грустно, когда с друзьями происходят такие вещи, – продолжала свекровь, мерно размешивая сахар.