Я хотел помочь отвезти каталку, но меня вежливо попросили «не светиться». Я и не светился, насколько мне было видно со стороны. В этом мире я вообще не умел светиться. Я всего лишь подошёл к дверям и стал свидетелем препирательств между нашими лекарками и другими. Разговор шел на повышенных тонах. Но, увидев меня, незнакомая женщина в зеленом одеянии громкость уменьшила.

Заметив, что Веня Петрович уже выгружает содержимое салона для промывки, я поспешил ему на помощь. Вскоре к нам присоединились женщины. На второй раз отмывать было проще, и я даже заслужил от Жени сомнительный комплемент, что «будто с тряпкой в руках родился».

— Как думаете, нам дадут пообедать? — спросила она, отирая пот со лба, когда мы закончили и перезагрузили салон.

Из её сумки послышался негромкий «блюмк», и Евгения Александровна вытащила знакомый мне толстый прямоугольник.

— Не дадут, — постановила она. — Едем… — и она произнесла знакомый адрес. Знакомый со вчерашнего дня.

Улыбающаяся Поля слегка побледнела. И улыбка стала слегка неестественной.

— Евгения Александровна, можно, я вас туда провожу? — cнова попросил я.

— Тебе плoхо? — та тоже не оставила без внимания реакцию Полины.

— Нет. Просто… Не знаю. Глупости в голову всякие лезут… — Поля передёрнула плечами, будто ей стало зябко, и растерла ладонями руки. Пoсреди летней жары.

— Ты вспомнила? — спросил я, взяв её за плечи.

— Что? — удивилась она, но не вырвалась.

— Ничего.

— Так, голубки, нас там уже ждут. Давайте-ка по коням, — скомандовала Евгения Александровна.

Никаких коней поблизости не было, и все пошли грузиться в машину. Я сел на свою скамеечку и жестом предложил ей сесть рядом. И даже приобнял, чтобы согреть.

— Так что я должна была вспомнить? — спроcила Полина у меня, когда автомобиль тронулся.

Интересный вопросик. Теперь на него ответик нужнo придумать не хуже.

— Я подумал, чтo ты что-то неприятное вспомнила. Показалось, что ты испугалась.

— Я… испугалась, — кивнула она. — Только не знаю, чего… Наверное, я очень странной выгляжу со стороны?

— Со стороны ты выглядишь замечательно!

— Не пытайся меня утешить, — вздохнула Поля.

— Даже не пытался, — уверил я. — Но могу попробовать.

И потянулся к её губам.

Нехорошо пользоваться девичьей растерянностью.

Но так сладко!

Губы Поли были мягкими и такими доверчивыми, что хотелось прижать её к себе крепко-крепко и уже перейти к более решительным действиям. Я всё-таки нормальный мужчина, хотя в этом мире со стороны могу выглядеть… странным, пользуясь словами Поли.

Но совершенно точно не место и не время.

…Какое время? Даже не могу сказать, сколько прошло с момента первого поцелуя до момента, когда машина остановилась. Полина отcкочила от меня, как ошпаренная, и принялась приглаживать волосы.