– Снять охрану – это дело нескольких секунд, – сразу согласился генерал.

– А я пока сниму парик, чтобы у Абдуллаева не возникло сомнений. Как только я зайду к нему, подготовьте настоящего Селиванова. Пусть он будет рядом, в коридоре. Я позову.

– Что ты задумал? – спросил Лукьянов.

– Жестокое оскорбление, которое заставит Магомеда Гасановича быть более сговорчивым. Сами увидите. Не буду портить впечатление предисловием. Могу только сказать, что создам видимость, благодаря которой Абдуллаев станет очень сговорчивым и с удовольствием пойдет на сотрудничество с нами.

Как, кстати, Селиванов? Мне изначально показалось, что он ищет способ смотаться от нас."

"– Он как пружина, – согласился Магомед Магомедов. – Каждую секунду готов к действию. Ищет промах в охране, чтобы воспользоваться. Но из трех стволов хотя бы один смотрит на него постоянно. В такой ситуации не слишком легко сбежать. И далеко не убежишь – пуля летает быстрее, чем бегает человек.

– Дистанцию держат?

– Какую дистанцию? – не понял капитан.

– Если Селиванов будет стоять к нам вплотную или, на худой конец, сидеть вплотную, оружие может оказаться бесполезным.

Нужно обязательно держать дистанцию.

– Его охраняют опытные парни, – успокоил меня генерал. – Им доводилось охранять весьма серьезных людей. Проколов не допускали, иначе я не доверил бы им.

– А он нам очень нужен? – спросил я генерала. – Он может быть застрелен при попытке к бегству? Только не сразу, а чуть попозже…

– Это нужно?

– Нужна только предварительная договоренность, чтобы у меня был аргумент. А потом, когда мы со старшим лейтенантом войдем в операцию, это будет хоть каким-то элементом нашей безопасности.

Два Селивановых для Гайдарова – это слишком много. Попробуй потом разобраться, кто настоящий…

– Да, – согласился генерал, – он расстреляет и того, и другого, чтобы не ломать голову.

– Я не люблю, когда меня взрывают, – сказал я категорично, – и еще больше не люблю, когда меня расстреливают.

– Безопасность обеспечим. Застрелить при попытке к бегству человека, к таковому всегда готового, – не проблема.

Лукьянов дал принципиальное согласие. Мне можно было претворять в жизнь мой план.

– Итак… Работаем? – спросил я.

– Работаем, – окончательно согласился Лукьянов, вздохнул и встал. Видимо, ему не слишком улыбалась перспектива слепого доверия, но я понимал, что доверял он не лично капитану Валару, а системе спецназа ГРУ, носителем которой я все еще являлся…

* * *Один из охранников, приставленных к Абдуллаеву, стоял за дверью, прислушиваясь из коридора к звукам из кабинета.