Анри выскочил пулей из ее будуара, но снова вернулся, чтобы бросить ей в лицо:

— Ни за что не ожидал от тебя, Александра! Смотри, чтобы это не повторилось, иначе отправишься к своей мамочке — без детей! Будь добра, уложи завтра к вечеру вещи. Ты едешь на Ривьеру.

Он захлопнул на собой дверь. Александра обмякла в кресле и тихо всхлипывала. Она чудесно провела время с Джоном; все было так невинно… а муж обвиняет ее в измене! Нужно позвонить Джону. Она бросилась к телефонному аппарату. К счастью, Джон оказался на месте. Александра поведала о предстоящем отъезде и дала телефонный номер их летней резиденции. На этот раз она ничем не выдала своей боли и отчаяния.

— Надеюсь, мы еще увидимся.

— Я тоже надеюсь.

Ей было стыдно. Джон — чуткий и деликатный. Но у него своя жизнь, а у нее — своя. Хватает реальных бед, чтобы давать волю пустым фантазиям.

— Как только что-нибудь узнаю, сразу позвоню.

— Спасибо, Джон. Счастливого пути. Когда вы едете?

— Завтра утром.

Он планировал улететь вечером, но вернулся в отель слишком поздно, чтобы в пожарном порядке укладывать вещи и мчаться в аэропорт. Лишняя ночь в Париже ничего не изменит. На душе было легко и радостно. Чуть раньше он звонил Саше, и, как обычно, она оказалась не в духе. Джон почувствовал, что вовсе не рвется обратно. Лучше поужинать в ближайшем бистро и прогуляться по городу.

Александра положила трубку на рычаг и поплелась в ванную. Как Анри мог предположить худшее? И во что превратятся каникулы?

Этот вечер помог ей составить представление о том, что ее ожидает. Анри говорил с ней ледяным тоном. Утром, когда девочки ушли в школу, третировал ее, словно парию.

— До моего приезда — никаких развлечений! Ни шагу с виллы!

Как будто она осужденная преступница, только что покушавшаяся на побег… Александра почувствовала, как в ней самой нарастает чувство протеста.

— Можно ходить на пляж, или меня запрут в одиночной камере, предварительно надев власяницу и привязав к ногам чугунные ядра?

— Мне очень жаль, Александра, что наш брак стал для тебя обузой. Вот уж никогда не думал!

Что бы она ни говорила, на все у него был готов ответ, и пока они добирались до аэропорта, она его чуть не возненавидела. Их сопровождали шофер и две служанки. В багажном отделении разместили их «ситроен» и фургон «пежо».

— Почему у папы плохое настроение? — спросила маленькая Аксель. — Он на тебя злится?

— Немножко.

Александра погладила медные кудряшки дочери — совсем как это делала Хилари много лет назад. Увидеть бы ее! Скорее бы Чепмен нашел сестер — Александра в ту же минуту отправится в Америку.

Аксель снова нарушила ход ее мыслей.

— Нет, не немножко. Папа очень сильно злится. Мамочка, ты сделала что-нибудь ужасное?

Александра улыбнулась и взяла ручонку младшей дочери.