— Чего он от тебя хотел?

Нишай улыбнулся одними губами.

Я никак не мог понять: презирает он Айнура или ненавидит?

Мастер чёрного слова был удивительно терпелив с нашим предводителем и не боялся его. Словно бы знал границу, за которую Айнур не зайдёт.

Майман посмотрел на Ичина, и тот кивнул.

Вожак волков скользнул во тьму — за спорами и совещаниями мы провели весь день и сидели теперь у костра под безлунным небом, словно наш костёр стал луной — и вскоре вернулся с бурдючком, в котором что-то знакомо булькало.

Чиен быстро нашарил пустую чашу.

— Терий Верден торопит Шудура, — рассказывал в это время Нишай. — Он требует, чтобы колдуны вступили в бой с огнём и льдом перевала как можно быстрее.

— А ты не врёшь нам? — нахмурился Айнур.

Ну, сам бы подумал, какой смысл Нишаю врать о замыслах наших общих врагов? Даже будь он шпионом — топил бы сейчас и главного колдуна, и наместника.

— А почему тянет Шудур? — спросил я и ткнул локтём Чиена.

Тот быстро сунул в руки Айнуру чашу с аракой.

Как бы наш предводитель не напился сегодня до чёртиков, разговор-то перестаёт быть томным."

"— На первый взгляд — аргументы Шудура были логичны, — задумчиво сказал Нишай. — Колдуны ещё не накопили достаточно сил, да и твои зайцы тоже ещё не готовы сражаться. Волчат берут в месяц марала. За осень и зиму — они выростают достаточно, чтобы нести всадника. Такова магия горного молока.

— Так может, Шудур и не тянет вовсе? — спросил Чиен. — Может, так всё и планировалось? Ведь это император решил послать сына к Белой горе раньше срока, не дожидаясь, пока ему минет четырнадцатая зима. Вот терий Верден и засуетился, опасаясь, что Нордай станет воином и сам сможет возглавить найманов. А бывшего наместника прирежет или отправит с малым отрядом в горы, наводить порядок среди дикарей. Шудуру же приезд Нордая ничем особенным не грозит. Главный колдун и мальчишке нужен, как без него?

Нишай подумал и покачал головой.

— Я слишком хорошо знаю Шудура, чтобы не заметить: его гложет какая-то мысль…

— Темнит колдуняка? — усмехнулся Майман.

— Темнит, — согласился Нишай. — Прикрывается просьбами торговцев из Вайги и не желает идти на перевал. Словно бы ждёт чего-то. Какого-то знака?

— А что за торговцы? — влез Айнур, и на этот раз мы его затыкать не стали.

Нишай покивал и начал рассказывать о том, что торговое лобби Вайги стремится вытеснить караванщиков из долины. Товары вайгальцев хуже, но на их стороне сила.

— Они пытались подкупить Шудура, чтобы он уговорил терия Вердена подождать со штурмом перевала до весны.

— Зачем? — скривился Айнур.

Он никак не мог понять то, что я сообразил с полуслова. Торговля — важнее войны.

Да и причины войн чаще всего кроются в экономических отношениях.