И часто получалось, что за похожими фразами местных прятались одни смыслы, а за моими — совсем другие.

Вот и сейчас Айнур под словом «честь» понимал своё стремление зарезать ненавистного колдуна вопреки логике, клятвам и договорённостям. Даже обещание вылечить руку, данное Нишаем, не вразумило нашего предводителя. Он ничем не хотел быть обязанным мастеру чёрного слова.

Но для меня честью было как раз соблюдать всё, в чём мы поклялись. И я очень надеялся, что предложивший это Нишай относится к клятвам так же серьёзно.

Выручали вожаки вольных племён. Жизнь приучила их не торопиться с суждениями. Если бы Ичин и Майман тоже орали дуром и не слушали аргументов, ничего бы у нас не вышло.

Но сначала втроём, а потом и вчетвером — Чиен коварно перешёл на мою сторону — мы кое-как уломали Айнура.

Чиен поразмыслил и поддержал наш странный союз. Он сообразил, что у колдуна есть свой интерес воевать не только с Шудуром, но и с терием Верденом.

Фехтовальщик, в отличие от меня, разбирался в дворцовой политике и генеалогии вайгальских правителей. Я-то и подумать не мог, что Нишай и наместник терий Верден — оба наследники императора. И наличие у страшноликого сына, входящего в возраст воина, готовило кожаный мешок для обоих.

Особенно для Нишая. Ведь терия Вердена после захвата перевала можно было направить на следующую войну, а чем займёшь хитрого мастера слова?

Пока Нордай не стал воином, у императора ещё оставались кое-какие сомнения насчёт наследника. Вдруг, например, Белая гора не примет Нордая и не пошлёт ему дар?

Но если примет, тогда император позаботится о том, чтобы живых соперников у глупого мальчишки не было. Судя по рассказам Нишая — сын императора был тупым самонадеянным щенком. Он просто не сможет управлять теми, кто равен ему по крови, но умнее и старше.

Нишай это понимал, а вот терий Верден, похоже, или тупил, или планировал как-то переиграть императора.

Может, потому и на перевал дуром лез. Завоевав дивный город Туле — он стал бы равен страшноликому. И смог бы послать его куда подальше.

А вот Нишаю в одиночку не светило вообще ничего. И это было понятно всем, кроме Айнура, даже терию Вердену.

Сейчас, пока наместник искал ключ к перевалу, он был готов приблизить к себе соперника. Надеялся, что Нишай молод и не догадается, чем закончится этот временный союз.

— За идиота меня посчитал, — покривился Нишай. — Обхаживал. А вот Шудур… Он не старался скрыть, что ненавидит меня. И это… странно.

— Почему? — нахмурился я.

— Мне кажется, Шудур что-то знает про перевал. Какую-то тайну. А потому союзники, вроде меня, ему только обуза — сказал Нишай. — Я не сумел догадаться, какой секрет скрывает главный колдун. Но нож в рукаве у него точно есть.

— Признавайся, о чём ты говорил с терием Верденом? — влез Айнур.