— Марк…

— Что я опять не так сделал, Таня? — тычет мне цветами в грудь.

— Спасибо за цветы, но…

— Бери их. Я целовал тебя и точно знаю, что тебе это понравилось. Или мне надо напомнить? Ты только скажи, Тань, я ж только за.

— Мне не нужны отношения с тобой, — вру я, смотря на него прямо и не моргая.

— А мне с тобой нужны…отношения…

— Ничем не могу помочь, — упрямо стою на своем.

— Это значит «нет»?

Киваю. А потом вижу, как он срывается с места и идет к урне. И понимаю, что мой третий букет сейчас просто возьмут и выкинут. И так мне сделалось от этого постыло, обидно и тоскливо.

— Что ты делаешь? — кинулась я к нему и дернула за пиджак.

— Выбрасываю этот веник к чертовой матери! — рычит он и выдергивает свою руку из моего хвата.

— Отдай!

— Мне подачки не нужны!

— Что? — округляю я глаза.

— Ты со мной или нет? — прищуривается сурово.

— Нет, — со стоном выдавливаю из себя, — прости.

— Тогда в топку! — пытается зашвырнуть он букет в урну, но я успеваю перехватить нежные бутоны.

Вот только и Марк очень настойчив и тянет их обратно на себя. И охапка роз рассыпается, а потом и падает к нашим ногам. Всего секунда и он наступает на нежные лепестки, пока я пытаюсь сдержать слезы отчаяния.

— Вот так ты сделала, Таня."

"И пока я вновь беззвучно плачу, Хан только обходит меня, садится в свой дорогой автомобиль и жмет по газам, оставляя меня одну оплакивать наше несбыточное будущее. Внутри все скрипит и стонет, покрывается глубокими трещинами и рвется.

Но я никому не позволю увидеть себя настоящую. Нет…

И когда Марк скрывается из виду, я все-таки присаживаюсь на колени и бережно начинаю собирать лепестки опавших роз, заворачивая их в свою поношенную ветровку. С неба накрапывает дождь.

Наверное, это небеса плачут вместе со мной, исполняя реквием по мечте.

Спустя всего четверть часа мать погонит меня домой, ругая за испорченную блузку, а потом нажрется до поросячьего визга вместе со своим Валерой. Дальше, когда поздно ночью соседи вызовут ментов, моя родительница во всем обвинит меня и обзовет последними ругательствами.

Ну а после будет сетовать на кухне, браня себя за то, что когда-то не сделала аборт.

И все это уже в день моего рождения. Вот и все Таня, детство закончилось…

Глава 14

День рожденья — праздник детстваИ никуда, никуда, никуда от него не детьсяДень рожденья — грустный праздникТы улыбнись, улыбнись, улыбнись, не грусти напрасно…Весь следующий день я хожу по школе, боясь поднять глаза. Мне дико страшно гнева Батуриной и Козинской. И я молюсь, чтобы меня пронесло. Про Марка Хана я даже не думаю, я приказала себе выкинуть этого парня из головы и из сердца.

С головой справиться просто. С сердцем сложнее, но и у него нет выбора.

Я решила и расставила приоритеты. Назад просто дороги нет.