А еще, меня съедал жирный, отвратительный червяк сомнения, что этот прекрасный Бог не мог просто так влюбиться в бедную и ничем ни примечательную Таню Сажину. В аутсайдера, которого никто не замечает.

В девочку, которую все с брезгливой гримасой на лице называют обидным словом «Моль».

И мне всего-то нужно было закрыть на все глаза, выдохнуть и пережить последние дни в школе, а потом навсегда забыть про всех этих жестоких детей, которые мнят себя пупами земли. И мальчика с глазами цвета стали я тоже забуду. Мы с разных планет и больше никогда с ним не встретимся.

Надо это просто захотеть. А иначе, Кристина Батурина все-таки опубликует то видео. А мне не нужны проблемы в моем будущем. Ни в институте. Ни дальше по жизни. Я не позволю, чтобы кто-то называл меня воровкой.

Никогда!

До дома добираюсь на метро и без лишних эксцессов. В квартире накурено, но пусто. Выдыхаю облегченно. Переодеваюсь и поспешно собираю в сумку все нужное для художественной школы и бегу туда.

А там, раскрашиваю чистый лист яркими красками. Он — полное отражение моего внутреннего и внешнего мира. Он такой, каким и должен быть. Правильный. Нужный для каждого человека на земле. Нужный для меня.

Вот только легче не становится.

Потому что мой сотовый уже буквально ломится от входящий звонков и сообщений. Марк Хан делает это снова и снова. Вот и сейчас слишком настойчиво просит ответить ему.

Ему, видите ли, нужно поговорить.

Качаю головой, собираю свою сумку и прощаюсь с преподавателем. Она тепло улыбается мне, что непривычно на фоне учителей из «Золотой Лиги». Там на меня смотрят как на человека второго сорта, просто потому что я на иждивении спонсора.

Отмахиваюсь от всего и бреду на выход, киваю знакомым ребятам. А затем выхожу на крыльцо и замираю как вкопанная.

Потому что прямо передо мной, у капота красивой серебристой иномарки стоит Он, смотрит на меня исподлобья и держит в руках букет белоснежных роз.

Спустя минуту, очевидно видя, что я никак на него не реагирую и вообще зависла, он чуть склоняет голову на бок и криво мне улыбается, маня меня к себе ладонью.

Что-ж…

— Что ты тут делаешь? — спускаюсь и оглядываюсь по сторонам.

— Тебя жду.

— А как ты меня нашел?

— Твоя милая соседка Раиса Сергеевна рассказала, где искать.

— М-м… А как узнал, где я живу?

— В учительской. В твоем личном деле, — пожимает плечами так, как будто бы я спрашиваю сущие пустяки.

— Ясно.

— Это тебе, — протягивает мне цветы.

Не беру, прячу руки за спину. Лицо болезненно кривится — это сердце мучительно стонет в груди. Оно не хочет ставить точки над и. Оно хочет его любви, внимания и тепла.

Хоть капельку!

— Что опять не так-то, блин? — рычит и подается ближе, нависая надо мной. Он значительно выше, а я вся скукоживаюсь от его агрессии.