Если Глеб захочет с ним общаться — пусть общается, но так, чтобы это никоим образом не задевало нашу семью. Только так.

И я рада, искренне, что у него есть дед с бабкой, которым он по-настоящему нужен. Они все для него сделают, я уверена. Будут любить, баловать и относиться как к маленькому родному человечку, а не как к источнику дохода.

— Раз вы так решили, то надо обсудить содержание мальчика, — спокойно сказал Глеб, — вы останетесь с ним здесь? Или уедете к себе?

— Конечно, уедем, — поспешно ответила Елена, будто боялась, что ее муж передумает, — у нас экология лучше. Парков много. Тише, спокойнее. У нас Ольгина комната пустует — сделаем там детскую.

— Тогда я не продлеваю аренду квартиры.

— Нормально, — возмутилась Ольга, — а мне жить где? О моем содержании никто не хочет поговорить? Я вообще-то мать.

— Это ненадолго. Подпишешь отказ, — строго сказал Василий.

— Да сейчас! Размечтались! Чтобы еще и без съемной хаты остаться?

— Если нужна помощь с опекой — только скажите, — флегматично добавил Глеб, — с тем набором доказательств, что у нас есть, плюс запись нашего текущего разговора — этого вполне хватит, чтобы лишить родительских прав.

— Я скорее его в детдом сдам! — окончательно разозлилась Ольга, — раз вы все так…

Бедный мальчишка. Будто и не сын он ей вовсе, а товар, который не получилось дорого продать.

Елена поджала губы и горько покачала головой. В уставшем, несчастном взгляде сквозило такое разочарование, что и словами не передать.

Василий отмахнулся от дочери, как от надоедливого комара. Уверена, позже, когда они выйдут из этого здания, он устроит ей такую выволочку, что мало не покажется, но пока все внимание было сконцентрировано на рабочих моментах.

— Да, отменяйте. Мы пробудем тут пару дней, соберем все необходимое и уедем.

— Нам надо будет встретиться по крайней мере еще раз. Алименты надо будет перевести на счет опекуна. То есть на ваш или вашей жены.

— Зашибись… — протянула Ольга, — это вообще, что за ересь? Алименты получает мать! При чем тут бабки с дедами.

— Алименты начисляются на ребенка. И тратятся на ребенка. Соответственно, с того момента, как будет оформлена опека — эти средства идут к опекуну, — учтиво подсказала я.

Теперь, когда этот финансовый поток перенаправлялся мимо раскрытого Оленькиного рта, денег было совершенно не жалко. Ребенок ни в чем не виноват.

— Кроме того, у вас будут все контакты. Если вдруг потребуются обоснованные средства, например на лечение, обучение — обращайтесь.

Василий сморщился. Будто хотел отказаться, но потом кивнул. В жизни всякое могло случиться, незачем обрубать мосты.

— Если он захочет поступать в столичный ВУЗ — я помогу. Также на совершеннолетие я обеспечу его жильем. Мы с женой уже обсудили этот момент.