Это был самый первый раз, я еще не знала, что это только начало… Я мерила шагами спальню, ходила из угла в угол, я прислушивалась к малейшему шороху. Ждать всегда тяжело. Некоторые могут ждать годами, но для меня каждая минута превратилась в вечность. Каждая секунда стала длиннее суток. Я смотрела на часы и понимала, что медленно схожу с ума. Узнав Изгоя намного ближе, приняв его истинную сущность, я понимала, что он может не вернутся. Каждый раз, когда я буду видеть как он уходит на очередное кровавое задание, мог стать последним. А еще меня ужасало отсутствие эмоций по поводу того, что в этот момент он кого то убивает, рвет на части.

Тот — кто то, та жертва — эфимерна, расплывчата, у нее нет лица, а Изгой настоящий. Он живой.

Он реальный для меня, намного реальней, чем все, что происходило в моей жизни до того как я его встретила."

"Но он вернулся. Перед самым рассветом. Возможно, в любую другую ночь, я бы ни за что не заметила, что он дома. Но только не сегодня. Я скорее почувствовала, чем услышала, что он здесь. Нет не в моей комнате, а в доме. Не знаю где именно — в библиотеке, в зале или в своей спальне, но ОН вернулся.

Я бросилась по темным коридорам, вначале в одну комнату, потом в другую — пусто. Но меня не обмануть. То, что я никого не вижу, еще не означает, что я здесь одна. Мне не могло показаться, или я схожу с ума и накручиваю себя. Выдаю желаемое за действительное. Зала. Коридор. Спальня. Коридор. Библиотека. Коридор. Почему этот проклятый дом такой большой? Сердце билось в горле и мне казалось — я задыхаюсь. Я бросилась по лестнице наверх, на веранду, туда, где так часто видела его раньше. Он любил ночное небо. Наверное, любил. Если такой, как он, вообще может что то или кого то любить. Я не ошиблась — Изгой стоял у поручней. Застыл, как изваяние. К этому я тоже привыкла. Оказывается, я уже знаю и угадываю его настроение. Он не здесь, не на этой веранде, не в этом измерении, иначе он бы меня заметил. Его мысли далеко. Я тихо подошла и стала рядом, подняла голову, глядя на яркие звезды, которые вот–вот слижут первые лучи солнца. Мы молчали, хотя я, не на секунду, не сомневалась, что он знает о моем присутствии. Слышит мое дыхание, сердцебиение. Мое сердце колотилось так яростно и громко, что мне самой казалось — я его слышу. От радости. Вернулся. Живой. Но радость была мимолетной, настолько скоротечной, что я даже вздрогнула, когда Изгой произнес:

— Сегодня ты уезжаешь.

Не обернулся ко мне, не поздоровался. Просто равнодушно, впрочем как всегда, констатировал факт.

— Уезжаю?

— Да.

И снова молчание. Я вздохнула поглубже.

— Куда?

— Подальше отсюда. Ты мне больше не понадобишься. Ты можешь уходить. Твои вещи уже собраны. Готовы новые документы и куплен билет на самолет. Ты свободна, Диана.