Значит, его ещё не было. Мы успели.

Признаться, я ожидала большего сопротивления от стражи Сесха. В конце концов, и король, и королева пропали на несколько дней, словно провалились сквозь землю. Лишь Боги знают, что успел придумать и наговорить остальным Тавиш. Теперь придётся всё прояснять, и поверит ли нам Совет — даже гадать не стоит.

Атайр не отправился в свои покои, не стал ни с кем видеться. Он лишь велел собрать всех глав кланов, кто уже был в Сеохе, братьев Мак Набинов и вархасского посла в большом тронном зале.

— И Ребеке - Её высочеству передайте, что я вернулся, — сказал напоследок расторопному секретарю, что, кажется, каким-то невероятным чутьём узнал о прибытии короля и встретил нас в недрах Сеоха первым.

Навстречу нам попадались слуги и редкие придворные. У всех первый испуг и непонимание в глазах неизбежно сменялись радостью и явным облегчением. Как будто любой из них готов был поверить во внезапное возвращение короля сразу, без лишних сомнений.

Нам кланялись, останавливаясь и пропуская нас мимо. Шептались за спиной, конечно, — хотелось верить, что одобрительно. Ведь многие помнили, какими бедами едва не обернулось правление Тавиша в прошлый раз.

Сейчас он ещё не успел развернуться, но ожидание недоброго в замке висело так ощутимо и плотно, что хоть, руками разгребай.

В зале оказалось темновато и пусто. Я велела подоспевшим к нам слугам разжечь камин: признаться, после долгой прогулки по снегу ноги и руки озябли, щёки занемели и хотелось поскорее отогреться. В огромных напольных канделябрах разожгли свечи, и стало гораздо лучше. Стражники встали у дверей, повинуясь приказу вернувшегося короля пресекать любые возмущения, прежде чем он скажет своё слово.

Чуть позже нам принесли подогретого травяного отвара с вином, и в ожидании того, как все наконец соберутся, меня начало клонить в сон. Но тут за дверью кто-то зашумел. Грохот шагов сменился лязгом и бряцанием.

Створки распахнулись, и первым в зал неожиданно вошёл отец."

"Я сорвалась с места раньше, чем успела о чём-то подумать. Он лишь раскрыл объятия, и я повисла у него на шее, чувствуя, что по-другому и быть не может. Кто бы меня ни зачал, а только тот, кто вырастил и воспитал, мой родитель. И приятно было теперь осознавать, что даже все сомнения отца, что отравляли ему мысли много лет, отступили под натиском радости от моего возвращения.

—где ты была? Как всё это случилось? — глухо бормотал он куда-то в воротник моего плаща.

— Это очень долгая история. Но мы вернулись. И теперь всё будет хорошо.

Лисварх взял меня за плечи, отстраняясь. Взглянул на Атайра, который всё так же спокойно восседал на своём месте, лишь наблюдая за нами.

— Я удивлён, что Тавиш не попытался вас уничтожить, советник.