– Это ничего не меняет, кроме того, что дает тебе ощущение хрупкой справедливости.

– Справедливость не хрупка.

– О, но это так. Те, кто верит в нее, терпят неудачу или получают пощечину от суровых истин.

– Тогда во что же ты веришь?

– В паттерны (прим. пер. в привычном понимании – это некий набор стереотипов, шаблонов, с которыми человек идет по жизни).

Я поражена этим. После того, как я откусываю кусочек салата и проглатываю, я говорю.

– Как кто-то верит в паттерны?

– Паттерны – это мощный инструмент, который позволяет мне увидеть результат до того, как он произойдет.

Я усмехаюсь. Конечно, кто-то вроде Адриана хотел бы иметь такую власть.

– Ты не согласна, Лия?

– Не особо. Я просто не удивлена, что тебя привлекают такие вещи.

– Ты начинаешь узнавать меня. Это прогресс.

– Я не знаю тебя, Адриан, и предпочитаю, чтобы так и оставалось.

– Почему? Потому что ты можешь спрятать голову в песок и притвориться, что ничего этого не происходит? Ты ведь понимаешь, что это бесполезно? Чем больше ты сопротивляешься, тем больше боли причиняешь себе.

– Позволь мне позаботиться об этом. Что я чувствую или не чувствую – не твое дело.

– Следи за своим тоном, Лия, – его голос понижается с неприкрытой угрозой.

– Или что?

– Или я пристрою свой ремень к твоей заднице.

– Ты…

– Продолжай, – его глаза сверкают чистым садизмом. – Во что бы то ни стало, дай мне повод наказать тебя.

В моей груди взрывается Огонь, и я пытаюсь проглотить его, но безуспешно.

Иисус. Этот человек – настоящий дьявол.

Я набиваю рот салатом, чтобы не выплеснуть то, что пытается вырваться наружу.

– Медленнее, – выговаривает он. – Или у тебя будет несварение желудка.

– Как будто тебе не все равно.

– Конечно, мне не все равно. Я не настолько бессердечен.

– Да, конечно.

– Я действительно не такой ... при определенных обстоятельствах.

– Ты имеешь в виду те, которые ты планируешь?

– Верно.

– Так это твое «все или ничего»?

– Более или менее.

Я прикусываю нижнюю губу, затем быстро отпускаю ее, когда обнаруживаю, что он смотрит на нее с безраздельным вниманием и пугающим блеском похоти.

– А что будет, когда ты со мной закончишь? – Я задаю вопрос, который не давал мне покоя.

– Я же сказал, что не закончу с тобой.

– Уверена, ты заскучаешь.

– Я не все, и было бы разумно не сравнивать меня ни с кем из твоих знакомых.

Как будто я когда-нибудь найду такого, как он.

Лука немного неуловим, как и Адриан, но он не такой напряженный, и я всегда считала его другом, так что он не в счет.

Я прочищаю горло.

– Дело в том, что эта фаза закончится. Как и все в жизни."

"– Я подумаю об этом, когда до этого дойдет.

– Это то, что ты делал с остальными? Ты думал об их судьбе, когда приходило время?

– С остальными?

– Теми, что были до меня.